Он хотел убить Мамонтову, не желал, чтобы ее видели рядом с ним посторонние люди, боялся, что психопатка при всех будет называть его именем Павла Бубнова. Морковин представил реакцию мамы, если Ольга таки явится без приглашения в их дом, и ужаснулся последствиям этой встречи. Иван наврал Антонине про визит к нему домой Оли, про то, что был вынужден пару раз сходить с ней в кафешки, приукрасил ситуацию, а потом дал Гончаровой пакет и сказал:

– Подари его психопатке, которая пытается разбить наши отношения. Скажи, что это успокаивающий чай, и будто бы его твоему отцу привезли из Китая. Внутри и впрямь травяной сбор. Ольга успокоится и отстанет от нас. Завари ей на работе чашечку, угости, а потом отдай всю упаковку. Но сама ни в коем случае не пей.

– Почему? – полюбопытствовала Тонечка.

– Потому что я так велел, – отрубил Иван. – Имей в виду, я сразу узнаю, отхлебнула ты чуток или нет. Ослушаешься – никогда на тебе не женюсь.

Антонина больше всего на свете мечтала выйти замуж, поэтому четко выполнила указания жениха. Иван и не сомневался, что она его послушается. И он знал: одной дозы зелья достаточно, чтобы яд через некоторое время заработал.

Так и случилось. Ольга через некоторое время выбросилась из окна. Что ей привиделось перед тем, как она шагнула вниз? Следователь Макинтош? Черт с рогами? Нет ответа на этот вопрос. Но видение так напугало женщину, что она совершила самоубийство.

Пока яд медленно травил Казакову-Мамонтову, Морковин действовал. Гончарова была полностью подчинена Иваном, поэтому, когда тот сказал:

– Ты мне рассказывала о своей соседке Ирине, дауне от рождения. Можешь втихую брать иногда ее паспорт? – послушно кивнула.

И так же послушно Антонина взяла паспорт, а затем под именем Иры принесла на работу к Алине Крапивиной отраву. Морковин тщательно проинструктировал свою помощницу, велел крепко заучить, что и как говорить жене алкоголика Андрея. А заодно снабдил ее пачками простых сборов типа валерьянка-пустырник, приказав отдать их коллегам Алины за гроши…

– И она же ходила к Ледневой, – сказал Иван Никифорович. – Мой тезка – профессиональный психолог, поэтому прекрасно знает, что, кому и как следует предложить. Если я правильно понял, Антонина никаких вопросов Ивану Гурьевичу не задала.

– Нет, – вздохнула я, – она в полной зависимости от него: что Иван скажет, то и делает. Но при этом довольно сообразительна. Когда я начала ее о Морковкине расспрашивать, мигом стала убеждать меня, что Ольга точно самоубийца. Она, мол, нимфоманка, бегала по любовникам, преследовала ее Ваню, чтобы заняться с ним сексом, устраивала скандалы, в общем, Мамонтова – тетка с поехавшей из-за отсутствия регулярной половой жизни крышей.

– Это не так? – прищурился босс.