Он снова открыл холодильник, чтобы достать оттуда еще два яйца.

— Нет, папа! — проговорила Санни. — Я хочу хлопья, как Элли. Да, я хочу хлопья!

— О господи!

Джекоб опустился на табурет.

— Мои милые мартышки, вас не так просто накормить, — констатировал он.

Элли тем временем сняла с огня миску с молоком, в котором плавали кукурузные хлопья.

— O‑o! — протянул Мак–Клор. — Я вижу, что у тебя в самом деле неплохо получилось, — похвалил он дочь.

Элли от удовольствия покраснела.

— Знаете что? — сказал Джекоб, глянув на часы. — Может быть, Элли, ты сделаешь еще одну порцию хлопьев для Санни? У тебя должно выйти.

— Что такое? — Элли недоуменно посмотрела на отца.

Джекоб виновато улыбнулся.

— Я заговорился с вами, мартышки, — сказал он и показал им руку с часами. — Мне надо бежать.

— Ну побудь еще немного! — стали упрашивать отца девочки.

— Нет, — покачал с сожалением головой Джекоб и поднялся с табурета. — Понимаете, мартышки, чтобы немного раньше уйти, мне надо немного раньше придти на работу! Понимаете?

Мак–Клор переводил взгляд с одной девочки на другую. Те опустили головы.

— Понимаем, — тихо ответила за всех Элли, шмыгнув носом. — Что же сделаешь, иди…

Джекоб поразился. В эту минуту она так была похожа на мать… Он не уставал удивляться тому, какие взрослые мысли иногда высказывала Элли, этот еще полный несмышленыш по возрасту.

Ну в самом деле, что такое шесть лет? Даже не школьный возраст. Однако, девочка была не по годам серьезной и рассудительной.

Эта черта характера старшей дочери должна была радовать Джекоба, но каким‑то уголком души он чувствовал, что «взрослость» Элли присуща по той причине, что девочка рано лишилась матери.

«У нее, бедняги, просто не было детства, — уныло думал Мак–Клор. — Она старшая дочь, и ей приходится как бы опекать Мегги и Санни. Те же вовсе ничего не соображают…»

Джекоб снял передник и повесил его на крючок. Он собрался покинуть кухню, но его остановил неожиданный взволнованный возглас Элли:

— Но папа, — воскликнула девочка, — ты же сам ничего не ел?

«Как она заботлива, — с нежностью подумал отец. — И все замечает…»

— Понимаешь, мартышка, — с виноватой интонацией протянул Мак–Клор. — Я действительно, засиделся с вами. Нет, вы не виноваты, — быстро добавил он, видя, что Элли хочет что‑то сказать. — Просто мне надо быть в участке. Я перекушу позже.

— Ну как можно, папа! — укоризненно покачала головой Элли. — Каждое утро одно и то же! Ты заработаешь себе болезнь?

— Какую болезнь? — с любопытством спросила Санни.

Элли повернулась к сестре.

— У него может сильно разболеться живот, — серьезно произнесла она. — Если не кушать вовремя, такое может случиться…

— Ой, округлила глаза Санни. — Я помню… У меня болел живот.