Кейт, сделав небольшой глоток пепси–колы, произнес в ответ:

— Ты о процессе Мейсона?..

— Ну да…

Поставив пластиковый стакан на стол, он только поморщился.

— Боюсь, что его песенка спета…

Джулия промолчала, загадочно усмехнувшись. Эта усмешка не укрылась от внимания окружного прокурора.

— Тебе что — весело?..

Она наклонила голову, чтобы тот не смог рассмотреть смеха в ее глазах…

— Нет…

— Тогда почему же ты улыбаешься?.. — поинтересовался Кейт.

Джулия махнула рукой.

— Не обращай внимания, Кейт… Просто я улыбаюсь своим мыслям…

Когда обед был закончен, они вышли на открытую террасу.

Кейт, закурив, предложил сигарету и Джулии.

— Спасибо, — произнесла та, прикуривая. Вспомнив разговор о яблоках до обеда, она поинтересовалась: — А что, они тоже продлевают жизнь?..

— Что ты имеешь в виду?..

— Сигареты…

— Нет, они укорачивают ее. А потом это уравновешивается яблоками. — Он выпустил клуб дыма, а потом посмотрел на собеседницу с оттенком легкого превосходства. — Надо все уравновешивать — вот в чем главный секрет жизни, Джулия…

— Это надо уметь.

Неожиданно окружной прокурор, подмигнут, ей, весело произнес:

— Да.

Именно в этом весь секрет. Мы все слишком много знаем и слишком мало умеем… Потому, что знаем слишком много.

— Ты говоришь о ком‑нибудь конкретном?..

— Хотя бы о твоем Мейсоне…

Джулия поморщилась — ей почему‑то сделалось очень неприятно оттого, что этот человек начинал мусолить своим языком имя ее любимого.

— Вот что, Тиммонс… Скажи мне честно: если я попрошу тебя сделать одну вещь — ты можешь пойти мне навстречу?..

Кейт пожал плечами.

— Типично женский вопрос.

— То есть?..

— Ну подумай сама: как же я могу обещать тебе что‑нибудь, не зная даже, о чем же именно ты хочешь попросить меня?.

.

— Речь идет о Мейсоне и о предстоящих слушаниях в четверг.

Кейт стряхнул пепел.

— Догадываюсь, — сказал он многозначительно. — Так что же ты хочешь?..

— Мне кажется, что у следствия могут быть все основания подозревать Джакоби…

Удивленно подняв брови, Тиммонс спросил:

— Вот как?..

— А ты разве забыл, что тоже самое я говорила на предыдущем слушании?..

— Ну, хорошо…

— Мне кажется, что его соучастие в этом преступлении очевидно.

Окружной прокурор посмотрел на свою собеседницу с нескрываемой иронией.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что это Джакоби, а не Мейсон выбросил Лили Лайт из окна?..

— Я этого не говорила.

— Тогда в чем же ты его подозреваешь?..

— Я просто уверена, что то самое злосчастное письмо в твой адрес написано Джакоби.

Тиммонс покачал головой.

— Ну, быть уверенной — это одно. А вот иметь для этого о твердые основания…

— Ты имеешь в виду — улики?..

— Да.

— Мне кажется, если хорошенько взяться за Джакоби, можно будет обнаружить и их.