Конечно, благодаря привлечению к производству техники американских заводов эти три дивизии очень быстро удалось снарядить всем необходимым, но ведь обучить их при этом толком не успели. Все же мне поневоле пришлось идти навстречу что одним, что другим, обстановка на фронтах действительно была сложная и даже такие необученные части могли сыграть важную роль в этом противостоянии.

Но вернусь к происходящему в Союзе. На кавказском фронте турков вместе с немецкой дивизией остановили и перевели боевые действия в, по сути, окопную войну. Не было там ни у противника сил на дальнейшее наступление, ни у нас на то, чтобы переломить ход событий. Зато на Дальнем Востоке и в Монголии наши войска нехило вломили японцам и сейчас приличным темпами гнали их не только со своей территории, но и из Маньчжурии тоже. Всё-таки там у нас изначально было достаточно сил, а с началом мобилизации и формирования сибирских стрелковых дивизий ситуация и вовсе стала складываться в нашу пользу."

"Как я уже сказал, гораздо хуже все обстояло во Франции. Несмотря на помощь англичан и американцев немцы вместе с итальянцами нехило давили, медленно, но уверенно продавливая как хваленую линию Мажино, так и укрепления со стороны Италии. На удивление, в этом мире итальянцы оказались очень упорными, и французская армия только чудом сдержала их первый атакующий порыв. Сейчас итальянцы, которых никто никогда не воспринимал всерьёз, по-взрослому рубились с французами и совершенно ни в чем им не уступали. Бои там идут страшные, и все висит буквально на волоске, поэтому американы и потребовали от меня срочно отправить туда необученную дивизию.

В целом, уже видно, что немцы в очередной раз не рассчитали своих сил, и теперь только вопрос времени, когда они проиграют. Сейчас для них все складывается на порядок хуже, чем в моем прошлом мире.

Жаль, что я больше в этой войне не поучаствую при всем желании. Я помню, что были случаи, когда летчики, лишившиеся ног, находили в себе силы вернуться в строй и воевали даже на протезах, но мне это не светит, даже если захочу. Старшие товарищи уже не дадут сотворить очередную глупость. Это я сейчас дословно процитировал Ворошилова, с которым мы в один из его визитов заговорили о дальнейшей жизни.

В госпитале мне пришлось провести без малого два месяца, и не потому что у меня что-то плохо заживало, наоборот, зарастало, как на собаке. Просто в силу постоянной занятости у меня оставался мизер времени на то, чтобы учиться ходить на протезах. Да и протезы эти — то ещё произведение искусства. Сам себя ругал, что раньше не задумывался о подобных вещах, а ведь все возможности для этого были. Чего проще было озадачить каких-нибудь инженеров разработкой, как выяснилось, таких нужных изделий.