Не буду рассказывать, как сделал кучу звонков, чтобы узнать, где и как можно заказать нужную деталь, отмечу только одно: своего я добился. Но, конечно, не за просто так. У меня здесь внаглую вытребовали уступить право на интеллектуальную собственность. Шутка, но такая, не веселая. Шлем мне сделают, хоть и небыстро, но взамен я был вынужден разрешить им производить такие же шлемы на продажу, причем без ограничений. Очень уж понравился им рисунок, вот они и загорелись попробовать для начала выпустить одну партию таких изделий и посмотреть, что из этого получится. В принципе мне не жалко, но наглость американцев меня возмутила.

Сразу вспомнилось, что во всем остальном мире думают о жителях этой страны.

Но это ладно, решил вопрос и хорошо. Пусть изготовление и затянется на месяц, если не больше, но подожду, ничего страшного не случится, зато выглядеть буду нормально.

Пока суть да дело, время пролетело, и в отель я вернулся только поздно вечером. Поужинал, понежился в горячей ванной и принялся ждать подходящего для звонка во Францию времени. Пока ждал, размышлял, как мне лучше действовать дальше.

Пока Абрам Лазаревич не решит свои проблемы, взаимодействовать с Союзом не получится.

Сейчас это и хорошо, потому что на меня навалится куча проблем с организацией личного бизнеса. Но плохо, что время поджимает, хотелось бы запустить нашу схему до начала войны в Испании, на которую у меня большие планы. Уже опаздываю и могу не успеть осуществить все, что хочется, а обходиться минимумом совсем не хочется. Все-таки упускать некоторые возможности в моем понимании сродни преступлению. Как пример, неплохо бы смахнуть с игральной доски Троцкого, который точно будет в Испании. Все меньше нагадит Союзу. Или, допустим, обкатать в боях свою личную команду, которой еще даже в проекте нет, а ведь в Америке без крепкой дубины делать нечего. Здесь и сейчас тот, кто у кого нет защиты, ни за что не вылезет на верхушку пищевой цепочки, поэтому поневоле придется набирать силу. А где можно обкатать будущих бойцов из будущей же команды, если не на войне.

В подобных размышлениях сам не заметил, как подошло время звонить.

Что сказать, два часа разговоров ни о чем и обо всем — это сильно. Вымотался, будто вагоны разгружал, но номер все-таки отбыл.

Если поначалу меня дружно отчитали за то, что я долго не звонил, то под конец меня даже Пьер пожалел, только при его вмешательстве удалось закруглить разговор, а так дай народу волю, и это затянется до утра.

Спал этой ночью, как убитый и проснулся, чуть ли не к обеду. С такими звонками о каких-либо делах на следующий день стоит забыть. Вот я и забил на все и вся. Просто отдыхал, немного пошатался без дела по здешним улицам и домой к Майклу поехал только на следующий день.