— У вас размолвка с Финчем? — тихо поинтересовалась она, пока мы направлялись к моей любимой библиотеке.

— Немного, — призналась также тихо. Проницательность этой леди делала ей честь.

Кумушки за нашими спинами обсуждали мрачные гобелены, что украшали путь. Кажется, замок навел на них такое же мрачное уныние, как когда-то и на меня. Но я уже привыкла к Каслроку. Для этого потребовалось почти два месяца, но вот итог — замок больше не казался мне столь мрачным, как прежде. Я приняла его, а он принял меня, и я совсем не была против того, чтобы стать его хозяйкой наравне с сэром Генри.

— Может быть, мы не вовремя? — спросила леди Аштон, когда лакей, посланный вперед Отисом, раскрыл перед нами двери, пропуская в теплую, пахнущую сосновым лесом, библиотеку.

— Нет, ну что вы! — улыбнулась я. — Напротив, я рада вашему приезду. Это прекрасный повод отвлечься от забот.

— Тогда я рада, моя дорогая, что решила навестить вас, — вернула мне улыбку женщина.

Лакей принес еще два кресла, и теперь мы сели вокруг стола напротив камина в ожидании чая. Леди Аштон единственная просто молчала, а ее подруги наперебой стали рассказывать мне новости из столицы.

Я слушала, понимая, что понятия не имею, о ком они ведут речь, но, кажется, кумушкам это было без разницы. Они сами шутили, сами смеялись над собственными шутками и обсуждали какой-то забавный наряд некоей леди Уотерберг, претендующей на роль новой фаворитки принца Артура. Видимо, прекрасная Элеонора ему поднадоела, поскольку принц не скрывал того, что снова находится в поисках очередной дамы сердца, которая согласилась бы на роль временной любовницы. И хотя я понимала, что каждая из девушек Артура надеется на что-то большее, чем на неделю-другую согревать постель наследника королевства, но не могла не поразиться их наивности. Должны же были понимать, что привязанность принца вещь быстротечная.

— А как вам живется в этом замке? — спросила леди Чилтон, когда они закончили обсуждать несчастную наивную леди Уотерберг.

— Великолепно, — сказала я, — уже привыкла и мне уже не кажутся мрачными и холодными эти стены.

— Вы мужественная девушка! — произнесла Аделия с чувством. — Надо иметь огромную силу воли, чтобы вернуться в подобное место после столицы.

Я повернула к ней лицо.

— Признаюсь, столица больше не прельщает меня, как прежде, — ответила откровенно и леди Аделия неожиданно улыбнулась.

— Вы правы, моя дорогая, — сказала она.

Нас прервали, когда Мария принесла на огромном подносе чай и свежеиспеченное шоколадное печенье. Она разлила чай по кружкам и ушла, когда я сказала ей, что намереваюсь сама поухаживать за своими гостьями.

— Я надеюсь, к обеду милорд Финч посетит наше общество, — высказалась леди Аштон.