Она сидела рядом со стройным высоким мексиканцем. На вид ему можно было дать лет шестьдесят пять. У него было тонкое аристократическое лицо, густые седые волосы и жесткие голубые глаза. Белая шелковая рубашка, белые фланелевые брюки, безукоризненный блейзер, какие носят яхтсмены, клубный галстук — анахронизм среди буйства полуобнаженной плоти."

"Кейд пристально посмотрел на незнакомца и продолжил путь по мостику. Он выбрал такой путь, чтобы не приближаться к их столику. Вообще-то, у него было намерение перекусить, но аппетит внезапно пропал. Подавленный, Кейд отправился к себе в номер.

Здесь он впервые обратил внимание на существование двери, ведущей в соседний номер. С его стороны она была закрыта на задвижку. С той стороны, скорее всего, тоже.

Хуана сказала, что перебралась в соседнюю комнату утром. Вечером можно запросто навестить ее, если это она имела в виду.

Кейд плюхнулся в постель. Он был взволновал и возбужден.

С кем она? С отцом? С мужем? С любовником?

Резкий звонок телефона заставил его вздрогнуть. Скривившись, Кейд взял трубку.

— Вас вызывает мистер Сэм Уонд из Нью-Йорка, сэр, — сказала телефонистка.

Это могло оказаться новым заданием и, вполне возможно, где-нибудь за сотни и тысячи миль от Акапулько. Кейд бросил взгляд на дверь между номерами. Перед его внутренним взором предстали копна черных волос, пышная грудь и соблазнительная улыбка.

— Не надо, — сказал он. — Пожалуйста, передайте ему, что я уехал на неделю и не оставил адреса. Сделаете?

Поскольку просьба исходила от знаменитого Кейда, телефонистка только хихикнула. Конспиративным шепотом она заверила, что сделает для него все возможное и невозможное, и прервала связь.

Вечером Кейд на арендованном джипе отправился в ресторан «Ла Гама», расположенный на пляже «Эль Моррор». Еще вчера он договорился пообедать там с Рикардо Оросео, ведущим колонку светских сплетен в «Акапулько Ньюс».

Оросео и у него взял интервью, как только Кейд объявился в городе. Кейду Оросео понравился, и он с удовольствием принял приглашение на обед.

Газетчик уже ждал его — невысокий, жилистый мексиканец неопределенного возраста, чье темное лицо было испещрено морщинками от постоянной улыбки.

Обед был приготовлен исключительно из даров моря. За едой они говорили о том о сем, и только за кофе Кейд решил воспользоваться информированностью Оросео в делах местного бомонда.

— В «Хилтоне» живет один мексиканец, — сказал он, потягивая свой кофе. — Может, ты его знаешь. Высокий, стройный, лет шестидесяти пяти. Седая шевелюра и голубые глаза. Когда я его увидел, он был одет в…

— Я знаю, о ком ты говоришь, — перебил Оросео, глядя на Кейда лукаво.