От волнения я умудрилась с первого раза создать себе такой транспорт, одним своим видом обещал довести меня к ледяному дворцу в кратчайшие сроки. Мои пони грустили где-то в конюшнях, потому что их собрат куда больше подошёл бы к тем изумительным саням.

Красивый олень с мощной грудью, сильными ногами и искрящейся белой шерстью заставил меня на мгновение залюбоваться, но быстро взяв себя в руки, я ухватилась за подставленный хрустальный рог и вскочила на крепкую спину. Ошалевшие демоны-охранники на воротах не рискнули остановить меня, когда я пулей вылетала из ворот крепости.

Теперь мы неслись по снежному простору, преодолевая многодневный путь в считанные часы. Если бы я не пряталась за шеей оленя с красивым «воротником», то меня точно бы сдуло от такой скорости. Зато уже к полудню я на подрагивающих от напряжения ногах стояла перед величественной лестницей ледяного дворца.

Он ничуть не изменился за время моего отсутствия: такой же белый, замёрзший и одинокий. Однако это было лишь внешне. Едва я шагнула за ворота — по-другому массивные створки входной двери не назвать — охнула от открывшегося вида. Ледяные цветы, опутывающие колонны, а кое-где и стены замка, лишились изморози, являя на свет яркую зелень и цветочные бутоны, наполнявшие воздух приятным ароматом весны. Теперь это место казалось воздушным, а так же слишком сказочным.

Пока я любовалась метаморфозой своего дворца, мне навстречу вышел мой второй снеговик всё такой же хмурый и недовольный жизнью.

— Ты подрос? — удивлённо спросила у своего прислужника уже достающего макушкой мне до плеча.

На мой вопрос мне ответили очень тяжелым вздохом, а так же невнятным ворчанием. Мне почему-то показалось, что ответ можно было трактовать как: пришлось, раз охрана сердца дома досталась мне.

— Ты молодец, — погладила по круглой голове снеговика и задала более насущный вопрос: — Вьюга здесь?"

"Снеговик кивнул, указывая снежной лапкой в сторону зала с сердцем замка. Что и ожидалось, эта трусиха спряталась именно там. Тяжело вздохнув, я направилась к той, кто заварил всю эту кашу.

Ажурные створки были распахнуты, а пространство за ним будто наполнилось мелкой золотистой пыльцой. Дышать она не мешала и смотрелась очень красиво, придавая этому месту некой мистичности.

Вьюга сидела прямо на полу перед хрустальным деревом — на его голых ветвях пробивались белоснежные почки, обещая облачить дерево в пышное одеяние. Даже прозрачный ствол налился светом, струящимся по «венам» настолько необычного дерева.

— Поговорим? — спокойно спрашиваю, приближаясь к сове.

Не оборачиваясь, Вьюга грустно усмехнулась:

— А ты этого хочешь? Раз ты здесь, то узнала правду.