Я всегда был достаточно уверен в себе, чтобы ревновать своих женщин. Да и в моей жизни была всего одна женщина, которая могла бы вызывать подобные чувства хотя бы из-за статуса «жена». Но и она не вызывала. У нас было что-то совсем другое. То, о чём я запретил себе вспоминать.

Водитель помогает Люси сесть в машину. Я наблюдаю за тем, как правильно она это делает. Непростая девочка… Это в голове у неё пусто, а тело всё помнит. Её явно обучали, и я сомневаюсь, что этим занимался интернат.

Все больше становится интересно, кто и от чего так хорошо её спрятал. И что заставило её бежать.

Постукивая пальцами по подлокотнику, задумчиво смотрю в окно на искрящийся снег, светящиеся вдалеке окна соседних особняков. В салоне тихо играет модная попса, пахнет кожей и… летом.

Снова затягиваюсь этим запахом, в этот раз стараясь распробовать его на вкус. Эта малышка пробуждает во мне животные инстинкты. Я всё чувствую гораздо острее и хочу больше. Её хочу. Дома или здесь, в тачке. Убрать подлокотник, поднять перегородку между нами и водителем и уронить её под себя, смяв это тонкое платье. Забраться ладонями в трусики, почувствовать горячую плоть под тонким бельём. Уверен, там сегодня кружево. И оно уже пахнет ею.

Сидеть становится совсем неудобно, а я продолжаю жрать взглядом её красивые ножки. В машине достаточно тепло, чтобы ей было комфортно, но под моим взглядом светлая кожа начинает покрываться мурашками, которые не могут скрыть тончайшие чулки. Она его чувствует. Начинает глубже вдыхать и порывисто выдыхать. Теребит тонкими пальчиками с прозрачным маникюром серебряную пряжку ремешка.

Не выдержав, беру её за запястье, тяну руку к себе, раскрываю ладошку и кладу на ширинку, сжав сверху своей ладонью. Закатываю глаза от горячей волны удовольствия, а Люси перестает дышать.

– Это ты виновата, Снежинка.

Она поворачивает ко мне голову. Красивые глаза наполнены удивлением и страхом. Думает, возьму её прямо тут?

Я все ещё чертовски хочу этого. И могу. Но не стану. Может быть на обратном пути.

Еще раз крепко сдавив её ладошку на своём члене, отпускаю руку. Она тут же её убирает и, закусив губу, прячет под бедро.

Смешная такая. Щёчки порозовели. Ей вообще не нужна косметика, чтобы быть очаровательной. Её делают красивой живые эмоции, которые скрывать моя снежная девочка совершенно не умеет.

Люси заглядывается на городские огни, пока мы подъезжаем к ресторану. Он сегодня закрыт на спецобслуживание, и на парковке стоят только элитные автомобили. Водитель останавливается у входа. Открывает мне дверь. Выхожу. Мороз здесь чувствуется не так как за городом, но всё равно быстро пробирается под пиджак и рубашку. Зато помогает остудить вскипевшую кровь.

Подаю Люси руку. Она принимает помощь без споров и возражений.