И конечно же, окажется прав, с той только разницей, что то, что было ерундой для него, потихоньку убивало меня день ото дня, уводя за ту черту, откуда не возвращались.

Я любила его своей ненормальной любовью, и как бы мне ни хотелось, чтобы расставание хоть что-то изменило между нами, вышло всё наоборот. Осознание того, что это всё, конец, — с каждым днём лишь усиливало мою тоску по нему.

Оставалось только выть и идти кидаться с десятого этажа, чего делать как раз не хотелось.

Это был тупик. Полный и абсолютный. Мой самый сладкий грех, моя нирвана, моя мышеловка, моя зависимость. Поэтому и говорить ему ничего не хотелось: он бы не отпустил, а уйти сама ещё раз… я бы просто не смогла.

Молчала, прижавшись к нагретому солнцем пыльному боку черновского внедорожника, и наблюдала за тем, как Ромка ходил по кругу, рассказывая матери о результатах похода к врачу. Его лицо так быстро сменяло эмоции, что можно было только гадать, как Саня воспримет услышанное. Хотя нет, кого я обманываю? Конечно же я знала как. Независимо от того, сколько тревог им пришлось пережить за эти дни, они будут счастливы. Без всяких условий и но.

Он здоров. Он будет жить."

"И у меня опять наворачивались слёзы на глазах. На этот раз от счастья, болезненного, безрадостного, но всё-таки счастья.

Я запуталась. В своей лжи. В своей правде. Не понимая больше ничего в этой истории, повторяла как мантру: «Он здоров. Он будет жить. Он в безопасности…»

И вот с разговором было покончено. Ромка обернулся, утыкаясь в меня своим тёмным взглядом. Сколько же всего было в этих глазах цвета шоколада… Всё, кроме смирения.

Он покачал головой, словно отметая какие-то свои мысли, и быстрым шагом направился ко мне, на ходу велев:

— Садись в машину.

— Ром, мне нужно ехать… у меня завтра экзамен.

— В машину, — буквально прорычал он, обходя капот и отворяя дверь авто. — Ты мне задолжала, не кажется?

Мне так не казалось. Но и просто уйти никак не получалось. Ноги будто бы приросли к месту.

— Я сейчас уеду, — глухо сообщил Чернов. — С тобой или без тебя.

Дважды повторять ему не пришлось.

То, что мы ехали к «морю», которое озеро, я поняла как-то сразу. Где же ещё расставлять финальные точки над «i», как не там, где вам когда-то было хорошо?

В салоне автомобиля стояла угнетающая тишина, которую он нарушил лишь однажды:

— Кто из них сказал про врача?

— Кир…

Глава 21

За пару лет до начала основных событий

Соня

Жизнь — это череда событий, каждое из которых по отдельности редко является чем-то судьбоносным, но, выстраиваясь вместе в одну путаную линию, создаёт причудливый узор в общей картине бытия.

После Ромкиного отъезда в Питер мы будто бы оба успокоились. Две параллельные прямые, которые пересекались несколько раз в год.