– Неужто правда? – заорал детина на весь салон.

– Тише, не кричи, – засмеялась девушка. – Правда, правда. Два месяца уже.

– Давно бы так, милая ты моя. Может, дурь из твоей головы выветрится? Что же молчала-то?

– Да я только сегодня у врача была, хотела дома тебе сказать, да вот не утерпела, – «мышка» счастливо засмеялась.

Видно, они подъехали к своей остановке, потому что встали и пошли к дверям. Парень бережно держал жену за плечи и что-то шептал ей на ухо, а она при этом звонко смеялась. Вероника проводила их взглядом, и, когда парочка вышла, а троллейбус тронулся дальше, «мышка» повернулась в сторону Вероники и вдруг махнула ей рукой. Она щелкнула себя по курносенькому носу пальчиком и кивнула головой, словно говоря этим жестом: «Держи нос кверху и не унывай, все будет хорошо».

Вероника улыбнулась в ответ и подумала: «Неужели у меня все написано на лбу?»

Когда она открыла дверь квартиры своим ключом и, стараясь не шуметь, шмыгнула в комнату, на пороге тут же материализовалась Анна Михайловна.

– Ника, доченька, что случилось? Почему ты не предупредила меня, что приедешь, да еще так поздно?

– Мам, я что, очень тебе помешала? – устало спросила та.

– Что за глупости ты говоришь? Я не буду задавать тебе больше вопросов, если захочешь, расскажешь завтра сама.

И мать уплыла в спальню. Оттуда послышался встревоженный голос ее мужа, Анна Михайловна ему что-то сказала, и наступила тишина. Вероника прошла в ванную и ополоснула зареванное лицо. Она даже сама не замечала, что по щекам всю дорогу текли слезы. Уснуть она не могла очень долго и только под утро забылась тревожным сном…

@INT-20 = Веронику буквально подбросило на постели оттого, что ей прямо в ухо кто-то проорал:

– Вставай, вставай, дружок, с постели на горшок, вставай, вставай, порточки надевай!

– Юлька, ты что, с ума сошла? Так недолго и заикой сделаться, – отпихивая подругу, закричала Ника.

– Я с ума не сходила, это ты, наверное, с катушек съехала. То у Светки забаррикадировалась, никого к тебе не подпускали, охраняли, как Алмазный фонд России. То с самого утра тебя невозможно разыскать. Светка сказала, что ты укатила к Ромке, а тот пробухтел в трубку, что не знает, где ты. В чем дело, подруга?

– Ни в чем! Я теперь дома буду жить, а про Романа прошу больше мне не говорить.

– Как скажешь, мне что ни поп, то батька. Этих Романов, Коль, Петь, Вань и всяких прочих пруд пруди, а ты у меня одна, нет, вру, еще Светка. Пошли они все, мужики, к едрене фене. Собирайся, едем в сауну.

– Юль, ну какая сауна в такую жару? Совсем у тебя крышу снесло?

– Моя крыша на месте. Просто Катька, соседка с третьего этажа, ты ее знаешь, сегодня записана на обертывание, и там обязательно предусмотрена сауна.