Лакс просиял, прям как Фаль перед блюдом с пирожками, и охотно согласился сопровождать меня в походе по лавкам, уже за одно это ему можно было ставить прижизненный памятник. Кто пытался хоть разок прошвырнуться со своим парнем по магазинам, тот меня поймет."

"Рыжий запер дверь в свою комнату, и мы снова спустились на первый этаж трактира. Без магевы обычный вечерний гудеж полным ходом набирал обороты. Парочка мужиков, кажется, сельчан, из тех, которые сидели спинами к лестнице, уже успели набраться настолько, что, отставив кружки, перешли к оскорблениям.

Особенно громко их было слышно в малость притихшем при нашем появлении обществе.

– Ты, боров плешивый! – загудел один из кряжистых крестьян, грозно насупив лохматые брови, а второй, и впрямь лысый как мячик мужик, возмущенно отозвался:

– Я боров? А самто ты кто? Сам хряк вонючий!

– Ну зачем же ссориться, если вы родственники, – мимоходом бросила, покровительственно потрепав спорщиков по головам.

Таверна сотряслась от громового хохота, вызванного моей незамысловатой шуткой, машинально слетевшей с языка при воспоминании о старом анекдоте.

Спорщики вылупились на потешающуюся толпу, переглянулись, покраснели до ушей, а потом и сами начали подхихикивать, растерянно поглядывая друг на друга.

Трактирщик вынырнул изза стойки и колобком покатился к нам, заранее расплывшись в разлюбезнейшей улыбке.

– Спасибо за угощение, хозяин, – поблагодарила я, кивнув в сторону блюда с последними пирожками и полупустым кувшином… Ой, нет, блюдо уже опустело, а на плечо мне бухнулся стряхивающий крошки с мордочки Фаль. Ну обжора! Но, с другой стороны, не пропадать же добру, лучше в нас, чем в таз.

Успокоив себя старой поговоркой, я спросила: – Сколько с меня?

– Как можно, почтенная магева, – замахал пухлыми руками мужичок. – От чистого сердца угощение ставил! Денег с вас не возьму, вот если только, – хитрован сделал вид, что застеснялся, и подобрал слова подипломатичнее, – вы поколдовали бы чуток, а?

– Поколдовали, говоришь? Что ж, поколдую. – Я задумчиво улыбнулась, если бы нахалтрактирщик знал меня подольше, счел бы за лучшее торопливо отказаться от услуг магического рода, а так он только радостно закивал головой, точьвточь кукла на пружинке.

Была у меня в детстве такая, пока я ей башку не оторвала, случайно, конечно, потом она долго в коробке валялась: тулово с вылезшей пружинкой в одном углу, головка в другом.

Аккуратно, чтоб не напороться на лезвие, выловила из сумки за рукоять агрессивный ножичек. Быстро он специализацию поменял: был шинковочным на кухне студентки, а в новом мире стал атамом кровожадной колдуньи.