— Я никому не нужна! У меня нет подруг и никогда не будет. Никогда! Со мной никогда не захочет дружить ни один мальчик!

— Постой, постой. — Катя села на пол рядом с племянницей и взяла ее за руку. — Это почему же?

— Неужели ты не понимаешь? — с болью проговорила девочка. — Из-за Витальки! Все знают, какому меня брат! Девочки не хотят приходить ко мне, потому что он пугает их! А Лене Ерычевой ее мама запретила ко мне ходить совсем! А сегодня за мной никто не зашел. Никто! Все пошли на ассамблею компаниями, только я никому не нужна!

Анютка старалась кричать шепотом, от этого усилия лицо ее покраснело и выглядело до невозможного жалким.

— Глупости, — строго сказала Катя, надеясь своим тоном привести племянницу в чувство. — Глупости! Ты могла пойти на ассамблею одна и не ставить себя в зависимость от чужих предрассудков.

— Да! Одна! Вечно одна! И снова танцевала бы с «привидением»!

Анютка разрыдалась, уткнувшись в гипюровый подол. Катя гладила ее по завитым волосам и не знала, чем утешить.

«Еще одна несчастная, — подумала она. — Как бабка, как тетка, как мать».

Дашино свадебное платье, перешитое на дочь, проводило между Дашей и Аней незримую параллель, узрев которую Катя всерьез испугалась. Когда Даша — тоненькая, юная, с глазами феи — выходила замуж за лопоухого прыщавого Кириллова, все были в шоке. Ну как же: она такая красавица, умница, в медицинском училась. Она что, не могла себе получше найти? Когда же лопоухий Кириллов бросил ее с двумя детьми и ушел к промытой всеми ветрами «тете Люсе», никто в шоке не был.

Обычная история. Поведение Кириллова было понятно — легкое ли дело растить такого ребенка, как Виталька? Проще сотворить нового. Что Кириллов и подтвердил наглядно. Теперь он появлялся на людях с крошечным сыном на руках, старательно избегая встреч с бывшими детьми. И с Дашей.

А Даша вынуждена была биться одна: учить и лечить Витальку, решать бесконечные Анькины проблемы, добывать деньги. А ведь Даша еще молодая, ей небось хочется счастья. Вероятность счастья для Даши сужалась до минимума."

"Кате от этих мыслей тоже захотелось плакать. Все-таки она очень любит их всех — сестру, племянников, брата. Конечно же, она забрала бы их всех с собой в любую волшебную страну, способную осчастливить. А есть ли такая? И та ли это страна — Америка? И будут ли они все счастливы там? Или же Америка станет для них продолжением вечной череды неудач?

Катя подождала, пока основная порция Анюткиных рыданий стихнет, сняла с шеи золотую цепочку с подвеской в форме сердечка и бодрым голосом произнесла:

— Вот, возьми. Пусть это будет твой талисман. Он обязательно принесет тебе счастье.

Катя не ошиблась: подарок занял внимание девочки настолько, что слезы вскоре высохли.