– Я снова вижу искорки в его полупрозрачных глазах.

– Вы не объяснили, и я тороплюсь, – отрезаю немного сухо. Освобождаюсь из чужих рук и застёгиваю до самого верха молнию на пуховике.

– Во-первых, вы не спрашивали, а утверждали, – парирует Дэвис. – И во-вторых, я вас не задержу. Позвольте вас проводить.

– Будете задавать вопросы? – выгибаю бровь, копируя его мимику.

Дэвис тихо смеётся.

– Конечно. Это моя работа. Но чтобы вы меня не боялись, отвечу – я больше десяти лет работаю и живу исключительно в России. У большинства клиентов проблемы возникают на родине.

Поэтому мне удобнее оставаться здесь, чем тратить время и деньги на перелёты, – объясняет он, заметив моё удивление.

– Неожиданно.

– Почему? Работать можно везде. Главное, чтобы платили.

– Согласна. Ладно, давайте уже ваши вопросы, – разрешаю я, снова вызвав у Дэвиса улыбку. Оказывается сыщикам весело живётся!

– Мне нужно всё, что вы знаете.

– Ого! С самого рождения? – не могу не съязвить.

– Я имею в виду, что касается Алексея.

– Зачем?

– Чтобы я смог составить картину.

– А если я… э… приукрашу?

– Не имеет значения. Я смогу отделить то, что нужно.

Я развожу руками. Говорить о своих чувствах чужому человеку не имею желания.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Я не знаю с чего начать.

– С начала. Как вы узнали, что Алексей болен?

– Этого я не знала. Я пришла совершенно случайно, чтобы вернуть Вальтера.

Мой рассказ занимает не так много времени. Мы как раз успеваем дойти до дома. Дэвис старается не перебивать и лишь изредка задаёт наводящие вопросы.

– Напомните, в какой квартире живёт эта соседка… – Девис хмуро сводит брови.

И я впервые вижу его лицо серьёзным.

– Я не называла номер. Этажом ниже.

– Вас, или Алексея?

– Алексея, – отвечаю я. Хотя номер своей квартиры я ему тоже не называла. – Вы смогли связаться с Мариной?

– Пока нет. Но уверен, что она сама скоро объявится.

Эта информация меня нисколько не радует. Ведь пока Марина является законной супругой Лёши, ничем хорошим для него это кончиться не может.

– Не переживайте, – пытается успокоить меня Дэвис. – Сейчас, когда юридическое подтверждение родства – всего лишь формальность, заставить Алексея просто так исчезнуть будет не просто.

Простите за каламбур.

Я снова пристально вглядываюсь мужчине в лицо. Дэвис далеко не такой божий одуванчик, каким пытается казаться. За его внешней открытостью и обаятельным фасадом скрывается острый ум.

Его слова успокаивают. Но следующая за ними фраза заставляет меня удивлённо вскинуть брови:

– Надежда, у меня к вам огромнейшая просьба. Если вы увидите меня, скажем, в несколько необычной компании, сделайте вид, что мы не знакомы.