А вот Полонский, кажется, умудрился добраться до сути... Не зря же говорят, что со стороны всегда виднее. Особенно если это не заинтересованная сторона, не отягощенная эмоциями и наделенная ни хреновыми мозгами!

Алёхин на собственный ум никогда не жаловался. В конце концов, будь он последним идиотом, не сумел бы открыть «Максимус» и столько удерживать его на плаву. Нет, своими мозгами и силами, с помощью друзей они превратили клуб в элитное и популярнейшее развлекательное заведение и собирались открывать еще один.

В бизнесе нельзя быть слабым и недальновидным, иначе мгновенно потопят и сожрут с потрохами.

И всё-таки, для хитроумных интриг и тонких комбинаций байкер был слишком вспыльчив и прямолинеен. И, признаваясь самому себе, ни хрена в них не разбирался... А зря, как оказалось!

- Засранец, - неожиданно хохотнул байкер. Заметив удивленно выгнутую бровь бывшего одноклассника, пояснил. - Шут. Он наверняка всё знает. Но ни слова ни сказал!

- Ее друг детства? - понимающе усмехнулся Полонский, проявляя прекрасную осведомленность о данном более чем занятном... персонаже. - Я бы удивился,поступи он по-другому. Даже если ты выдашь свои подозрения, он продолжит молчать.

Выбирая между работой, твоим доверием и Ариной, он выберет ее. Это ты должен понять.

- Да понимаю, - парень запустил руку в волосы, проведя по ним пальцами на манер гребня. - Потому и не злюсь. Почти. Но желание оторвать кому-нибудь голову крепчает с каждой минутой.

- Не удивительно, - спокойно, даже как-то равнодушно отозвался Богдан и залпом допил оставшийся напиток. Мих к своей чашке почти не притронулся. – Твоя реакция сыграет против тебя. Потребуешь у Арины немедленный ответ -отпугнешь ее еще сильнее.

Из-за страха за тебя она вообще постарается исчезнуть."

"- И что ты предлагаешь? Сидеть сложа руки? - ядовито поинтересовался байкер, которого трясло от ярости при мысли, что какой-то сучонок посмел протянуть грабли к его девушке. А учитывая гипертрофированное чувство ответственности и постоянное чувство вины Арины, ее страх ни капли не удивлял, как и ее нежелание рассказать обо всем!

Нет, Алёхин не чувствовал себя ущемленным. У него даже мысли не возникло оскорбиться ее неверием в его силы и способности со всем разобраться самостоятельно. Если бы Шут не рассказал ему намного раньше о ней самой, о событиях детства, повлиявших на ее характер, быть может, рокер бы и разозлился.

Но это Ришик. Она такая, какая есть. Просто немного наивная девочка, испугавшаяся за жизнь любимого человека... Как ее можно винить хоть в чём-то?

Единственным, на кого он по-настоящему сейчас злился, был он сам. За то, что не досмотрел. Не предугадал. Не понял сразу. Не уберег...

- Смотреть. Наблюдать, - вновь потирая переносицу, ответил Полонский. -Посмотреть, вернется ли она в клуб.