Не знаю, как угадал гример, но на груди, ключицах, шеи и руках девушки расцвел ледяной узор, сверкая ярким белым, тем самым неповторимым снежным цветом, искрясь и переливаясь в свете прожекторов.

Под первые звуки сменившийся мелодии те, кто был создан друг для друга, но всячески это отрицали, начали свой танец.

Медленные, величественные, проникновенные звуки скрипки задали настроение Мессира и Ведьмы. Они двигались плавно, неспешно, как бы присматриваясь друг к другу, выясняя, а стоит ли его или ее партнер всего этого? То отталкивая, то замирая в объятиях, две центральные фигуры развернувшегося представления постепенно сближались, сами того не замечая.

И их прикосновения, вначале такие холодные и вежливые, теперь стали сильнее. Чувственнее.

Все ближе с каждым шагом, всё волнительнее с каждым движением, всё многозначительнее с каждым поворотом...

Мне стало казаться, что Эльза меняется в руках Олега, и это мнение укрепилось, когда к узору танца для двоих подключились прячущиеся в толпе гостей танцоры.

Классический балет, брейкданс, хип-хоп, акробатика... Казалось, для них не было ничего невозможного.

Они двигались в слаженном ритме, создавая свое собственное плетение, в которое органично вписались Мессир и его Ведьма.

Уже действительно его – это было заметно по тому, как окончательно изменились их движения.

В них появилась страсть. Уверенность, властность и... доверие. Столь необходимое им доверие, не смотря на все попытки Эльзы это отрицать.

Ей нравился упрямый зеленоглазый байкер, чтобы она не говорила. И только сейчас, раскрепостившись в танце, под звуки скрипки, басы и незнакомую мелодию дап-степа, среди черно-белых ведьм, фей и вампиров, мертвых и живых, преклоняющихся перед властью и величием хозяев сегодняшнего праздника, наш ледяной администратор, кажется, наконец-то поняла это.

Их танец все больше напоминал откровенный флирт, игру в кошки мышки.

Настоящее, обжигающее противоборство, являющее за собой неприкрытую страсть и чувственность...

Они были созданы друг для друга. Мессир и его Верховная Ведьма.

Не выдержав, я осторожно выглянула из-за байкера, рассматривая второй балкон, расположенный над барной стойкой. На нем тоже народа хватало, но не разглядеть внушительную фигуру Харлея не представлялось возможным.

На мое счастье рыжеволосый байкер вдруг ухмыльнулся, разглядывая происходящее на танцполе и слегка отклонился назад...

Миша стоял сразу за ним. Опираясь на перила руками в перчатках, равнодушно смотря на представление, не замечая почти ничего вокруг. Непривычно хмурый, без малейшей тени улыбки на лице, он даже с Ильей Алексеевичем не обсуждал происходящее, как они делали это обычно.

А когда выступление подошло к концу, и вовсе откровенно зевнул.

Наверное, не спал всю ночь...