И сейчас вроде как успокоившемся байкеру зловещая темень вокруг показалась дурным знаком, заставив врубить прожектора на крыше «Хаммера» и значительно прибавить скорость.

На свежевыпавшем снегу виднелись следы протекторов, но Мих особо не обольщался - их мог оставить кто угодно. Дачный поселок был огромным, апроведенное централизованное отопление и канализация позволяли владельцам местной недвижимости проводить здесь время не только летом, но и зимой.

Выбравшись из машины, тут же увязнув в снегу по колено, Алехин напряженно огляделся, вслушиваясь в царившую вокруг тишину. Фонари перед высокими воротами, оснащенные датчиками движения, не загорелись, как это бывало обычно. Внутренний двор, как и весь участок не был освещен, а низко нависшие тучи закрыли луну, придавая небольшому двухэтажному дому из круглого бруса несколько зловещий, нежилой вид...

Ключей у него с собой не было, так что рокер решил проблему проникновения на собственную дачу, просто перебравшись через довольно высокий забор.

Машин во дворе не обнаружилось, хотя следы, ведущие к гаражу, присутствовали, а входная дверь оказалась незапертой.

Войдя внутрь, Алехин, не разуваясь и не снимая пальто, прошел в прихожую.

Свет нигде не горел, по всей видимости, электричество было отключено во всем поселке. Автономный генератор, работающий на дизеле, создавал слишком много ума, наверняка поэтому его не стали запускать. По крайней мере, Мих,пробирающийся в темноте в небольшую кухню-столовую, именно на это и надеялся.

Изначально он хотел проверить гостиную, но странный шум привлек его внимание.

И источником этого шума, как ни странно... оказался Шут.

Невозмутимый парень, одетый в теплый черный свитер, джинсы и теплые тапки-лапы, невозмутимо насвистывая, окапался на кухне, суетясь возле газовой плиты с включенными конфорками. Светодиодный фонарь он подвесил на одном из шкафчиков и теперь увлеченно кашеварил в полумраке, пребывая, как всегда, в самом неунывающем расположении духа.

Кто бы только знал, как владелец «Максимуса» именно сейчас был рад его видеть...

Однако входить и здороваться Мих не стал. Наоборот, бесшумно отступив обратно в прихожую, он развернулся и последовал по первоначальному маршруту – узкая полоска теплого света, виднеющаяся из-под плотно прикрытой двери, вела его в темноте, как маяк.

Уже взявшись за ручку, байкер помедлил, прежде чем войти внутрь. В груди снова шевельнулось неприятное, мерзкое и липкое чувство страха. Но Младший Алёхин, засунув его подальше, нажал на ручку и толкнул дверь, которая отворилась без скрипа...

Владислав сидел в кресле около камина, пристроив локти на коленях, а подбородок на переплетенных пальцах.