Пятидюймовое острие пробило щит, пропороло мой легкий костюм и вонзилось в правое бедро. Удар получился сильный — лезвие пробило плоть насквозь, скользнуло по кости и вышло с другой стороны. Брызнула кровь, прострелила дикая боль.

У меня аж в глазах потемнело.

Доминион совершил рывок.

Меня с силой отшвырнуло в сторону. Штык разорвал рану еще больше. Кое-как успев сгруппироваться, я грохнулся прямо на крышку автоклава, где лежала моя Анна. Он пошатнулся, даже чуть сдвинулся.

На мгновение я разглядел, что рана у нее на груди, нанесенная Оайкеном, практически зажила.

Остались незначительные повреждения. Но не это было главным. От толчка Анна отрыла глаза. В них читалось непонимание, удивление.

Доминион подошел ближе.

— Тридцать секунд! Алекс! — проревел искин, хватая меня за ногу своей клешней. Поднял, встряхнул и отшвырнул влево так, что я едва шею не свернул. Рухнул на пол, кажется, я даже сломал кисть. По крайней мере, хрустнуло громко, да и боль была весьма сильной.

Анна попыталась сдвинуться, но ее тело в нескольких местах было перехвачено широкими ремнями, фиксирующими девушку на платформе автоклава.

И все же она подняла руку, прижала ладонь к стеклу. Изо рта поплыли пузырьки воздуха самых разных размеров, кажется, она что-то пыталась сказать…"

"— О да, она уже жалеет тебя! — безжалостно произнес Доминион, снова направившись ко мне.

— Ты кусок высокотехнологичного говна! — прошипел я, попытавшись пнуть его здоровой ногой. Сконцентрировался, швырнул в него пси-ударом. Без толку — рассеяло.

— Ты сдохнешь у нее на глазах! — он снова ухватил меня за ногу, легко поднял и держа вниз головой, шагнул к автоклаву. — А затем она сама растворится! Пятнадцать секунд…

Я быстро глянул влево.

«Тахиона», там, где я его оставил, уже не было. Значит, Ава работает.

— Десять секунд. Девять!

— Отпусти ее! Тебе же я нужен!

— Восемь. Семь.

— Доминион, ты дерьмо! И создатель тебя стыдился бы…

— Шесть. Пять. Четыре, — внезапно он отвлекся и чуть повернул голову. — Так, а где скаф?

Внезапно дверь автоклава Анны звякнула, приоткрылась. Вся жидкая масса органической смеси, под собственным весом оттеснила дверь и с шумом вылилась наружу. Анна повисла на ремнях и проводах. Одновременно, откуда-то сверху в автоклав потекла ярко-зеленая жидкость.

Тот самый фермент.

— Что-о? Какого дъявола?

И почти сразу Доминион скрутило в каком-то непонятном спазме. Он отпустил меня, рухнул на колени, вскочил. С разбега ткнулся корпусом в соседний автоклав, с грохотом завалив его.

— Не-ет! Не-ет! Ты, системная неожиданность… — выл Доминион, извиваясь и дергаясь, словно ему цепи закоротило. Видимо он пытался остановить Аву, стремительно атаковавшую Доминион изнутри. Похоже, этого тонкого момента он не учел.