Борт пришельцев открыл огонь из кислотной пушки и почти сразу же попал в один из кораблей. Но суда сопровождения огрызнулись из автоматических фазеров, обрушив на него целый шквал огня. Перепуганный организм, из тех, что управляли кораблями пришельцев, развернул борт и быстро рванул обратно, в сторону базы пришельцев.

— Да-а! Аха-ха! — обрадовался Барнс, остановив робота. Что-то коротнуло. Хлопнуло.

Интерфейс включился снова. Видимо произошло переключение на резервную батарею. Сержант сразу же задействовал зум, затем сканер. Приближающиеся корабли были странными. И хотя они точно были созданы человеком, они не принадлежали к Федерации.

Не сразу до Барнса дошло, что за прошедшее время с момента падения «Фауста», с Земли просто не успело бы подойти подкрепление. Недели через четыре, в лучшем случае, но не сейчас. Тогда кто это?

Барнс сделал несколько неуверенных шагов назад, продолжая осматривать заходящие на посадку корабли.

Вот сел один, второй. Менее чем через минуту приземлились все пять кораблей, но сопровождающие продолжали носиться над сектором, ища потенциального противника.

У ближайшего корабля раскрылся задний борт, оттуда показались вооруженные люди, в черных бронекостюмах.

Но эти модели не были знакомы Барнсу…

На ум пришло только одно. Это совсем не помощь… Это ренегаты!

* * *Я снова опустился на пятую точку. Уперся спиной в стену.

Входная дверь закрылась почти сразу, поэтому я не узнал, как продвигался процесс восстановления соседней камеры. Да меня это не сильно-то и интересовало.

Здесь тоже царил красный полумрак, хотя было все равно темнее. Это раздражало, но я старался держать себя в руках. Кажется, получалось.

Анна жива — это главное.

Жива, пока я буду сотрудничать с этим коварным, слетевшим с катушек Доминионом. Но, черт возьми, что ему от меня нужно? Какую информацию ему слила Ава? Тут что-то необъяснимое, вопросов много, а сформулировать их сложно.

Минут двадцать я просто сидел, глядя в одну и ту же точку. В голове происходило что-то странное, мысли скакали с одного на другое. Я злился, успокаивался и снова злился.

В конце концов, встал, принялся бродить по комнате. Обуви как таковой на мне не было — только накладки из того же материала, что и нательный комбинезон.

Но здесь было тепло, сухо.

Что-то привлекло мое внимание. Одна из напольных плит в углу лежала под небольшим перекосом. Словно ее выкорчевали или просто неверно уложили. В том же самом углу обнаружился сломанный, почти исписанный карандаш. Обычный карандаш. А на стене какие-то надписи, корявым почерком.

Сильно сомневаясь, что это краб-доминатор упражнялся в искусстве правописания, я лег на пол и попытался разглядеть написанное. Минуты три глаза привыкали, я пытался разобраться в написанном.