Когда мы подъезжаем к моему дому, Антон выходит из автомобиля вместе со мной и на мой вопросительный взгляд отвечает:

- Провожу, а то темно уже.

Я не возражаю, и мы вместе приближаемся к подъезду. Однако стоит нам остановиться под козырьком, как дверь резко распахивается и на улицу вываливается шумная компания явно нетрезвых молодых людей. Они громко смеются и матерятся, и Пеплов,  подозрительно на них покосившись, заявляет:

- Пошли, до квартиры провожу.

Мы заходим внутрь и, пока поднимаемся по лестнице, встречаемся с отставшими представителями пьяной компании, которые так же, как и их товарищи, щедро обдают нас алкогольными парами.

- Пока, - улыбаюсь я, останавливаясь у своей двери. - Спасибо, что проводил.

- Не за что, - жмет плечами Пеплов, и на его лице даже появляется некое подобие улыбки. - Рад был тебя видеть.

С этими словами он сбегает вниз по ступенькам, а я захожу себе в квартиру, где меня встречает аромат свежей выпечки. Значит, бабушка решила побаловать нас вкусностями на ночь глядя.

58

Денис

Я совершил ошибку. Решение наврать Рите насчет того, кто и почему меня отдубасил, было провальным. Если бы я знал, что оно обернется столь крупной ссорой, выложил бы ей всю правду. Как миленький.

Я решил солгать, потому что стремился уберечь ее от лишних переживаний. В прошлый раз, когда Рита узнала мой темный секрет, она испугалась и убежала. И мне очень не хотелось, чтобы это повторилось вновь.

Думал, расскажу байку про неадекватных парней с района, и закроем тему... Короче, хотел как лучше, а вышло как всегда. Глупо и необдуманно. Ну кто ж знал, что моя наивная Веснушка окажется такой хваткой и подслушает наш с Пеплом разговор?

Рита уходит, а я мечусь по комнате, словно зверь, загнанный в клетку, гневно швыряя попадающиеся под руку вещи. И даже треснутые ребра не мешают мне вымещать злость на ни в чем не повинных пульте и пепельнице, которые один за другой летят в стену. Я ломаю вещи, пинаю мебель, но долгожданное облегчение в душе так и не появляется.

Наконец, обессилев, я плетусь на кухню, достаю пакет лекарств, которые купила мне Рита, и закидываюсь двумя таблетками мощного обезболивающего. На меня вдруг накатывает неодолимая слабость и, повалившись на кровать, я забываюсь беспокойным сном.

Когда открываю глаза, за окном уже темно. Яростно тру веки, пытаясь прийти в себя, и тихо матерюсь, вспоминая события прошедших суток. Внезапный обыск, кончившийся избиением, ссора с Ритой, мои грязные слова в ее адрес - не день, а клоака какая-то.

Принимаю еще одну таблетку болеутоляющего и иду в душ. Холодная вода тут же приводит меня в чувства, и мысли понемногу проясняются.

Я был не прав. Сорвался на Риту, наговорил ей кучу гадостей... А она ведь такая ранимая. Даже материться не умеет. А я ей ""сука"", ""лицемерка""...