Ещё бы… когда у твоего обидчика два кастета на руках.

– Я… я туалет искал, – нагло врёт дебошир и продолжает ползти назад. – Просто туалет!

– Туалет? – спрашивает мой спаситель и, подлетев к дебоширу, хватает его за грудки и поднимает в воздух, а после кидает в дверь туалета.

Шокировано прикрываю рот ладошкой, не веря, что это происходит на моих глазах. За меня и раньше заступались, но… не так агрессивно и люто. Назар словно убить этого мужика хочет.

– Настя, золотце, открой дверку, – обращается он ко мне, не сводя взгляда с дебошира, и я спешу открыть дверь мужской уборной. – Молодец! Отойди теперь, – просит и я тут же выполняю его просьбу.

Моего мучителя вновь поднимают в воздух и кидают, но уже на кафель уборной. Коротко рассмеявшись, Назар входит за ним следом.

– Назар! – окликаю его. – Не стоит, – подхожу и опускаю руку ему на плечо. – Сейчас полиция приедет, и… не дай бог, они тебя увидят. Тогда… Не стоит. Прошу. Ради меня!

– Переживаешь за меня? – оборачивается.

– Волнуюсь. Не хочу, чтобы у вас неприятности были из-за меня, – честно отвечаю.

– Не трогать его?

– Ага!

– Ладно, – отвечает спустя долгое время. Достаёт из кармана телефон и кого-то набирает. Приказывает тут же сюда явиться. А после берёт меня за руку и ведёт в кабинет Рустама. – Испугалась? – спрашивает по дороге, и я киваю.

– Не стоит. Я ещё никогда не доводил избиение до убийства, – произносит таким тоном, словно вскоре собирается кого-то убить.

– Всё равно страшно, – шепчу. – Никогда не знаешь, чем всё может закончиться.

– Почему не уволишься? В клубе опасно. И охрана… как ты видишь, не всегда успевает вовремя. Однажды тебя здесь либо изнасилуют, либо убьют."

"– Другого такого же места найти не могу, – пожимаю плечами и позволяю Назару усадить меня на диван. Мужчина опускается рядом. – Здесь и зарплата хорошая, и мне нравится то, что я делаю в этом клубе. К тому же у нас с Рустамом сложились дружеские отношения. Он поддерживает меня во всём, поблажки даёт. И мне комфортно работать с ним. Словно он не начальник, а друг. Не боишься к нему лишний раз с косяком подойти.

– Соглашусь, – хмыкает Назар. – У Рустама особенный вид руководства. Панибратский.

Опускаю взгляд в пол, не зная, как начать разговор дальше. Я должна объясниться и дать ему понять, что я не такая. Что тот поцелуй в машине был… случайностью. Обычно я себя так не веду.

– Назар, – решительно заговариваю. – Тот поцелуй…

– Забудь, – кидает он равнодушно, а у меня словно сердце разбивается. – Считай, мы просто поиграли в бутылочку, и она указала на нас. Поцеловались и забыли, Настенька. У нас с тобой точно ничего серьёзнее поцелуя никогда не будет. Извини.

– Обидно как-то, – шепчу, надув губки.