– Ты же сам отправил меня в…

Закончить фразу ему не позволяет мой кулак, который независимо от тела и сигналов мозга, сам влетает в небритое удивленное лицо, по касательной проходится по скуле, оставляя обручалкой царапину, и замахивается, чтобы вмазать еще раз. Однако разрезает воздух, потому что после первого удара Глеб шлепается на задницу. Смотрит на меня снизу вверх с нескрываемым шоком, хлопает губами, не произнося ни звука, и потирает щеку ладонью.

- Ты совсем инфантильный, Глеб? – рычу на него. – Я тебя управляющим в ресторан нанимал, а не клоуном в цирк Шапито.

Ты ничего не перепутал? Студенческие годы вспомнил?

- Прости, Мэт, - капитулирует, поднимая руки. – Только скажи хоть, за что? Что я сделал не так, а? – изображает недоумение. Или правда не понимает? Шутник хренов!

От злости опять заношу кулак, но Глеб и не собирается защищаться. А лежачих не бьют. Выругавшись, разочарованно отмахиваюсь.

- Да черт! – прячу руки в карманы, упираюсь пальцами в ткань, настороженно ощупываю содержимое. Вроде бы, пусто. Невольно вспоминаю наш романтический вечер с Ксюшей, ее находку – и брезгливо вытаскиваю ладони.

– Черт! Черт! Черт! – луплю по столу так, что документы разлетаются.

Покосившись на ошалевшего, перепуганного Глеба, падаю в кожаное кресло.

Я ведь хотел сначала поговорить с ним, выяснить, кому принадлежит этот дебильный розыгрыш с презервативом, заставить его во всем признаться, а потом уже - бить и увольнять. Но такой план был утром, когда я только приехал в ресторан. Потом я несколько часов долбился с новыми накладными, созванивался с поставщиками, решал мелкие проблемы, сбрасывал назойливые вызовы матери – и пытался набрать Ксюшу.

Жена проигнорировала все мои звонки, хотя не должна быть занята. Все тренировки у нее после обеда, когда малышня освобождается из школы. Я даже у Ромки Царева, моего друга и ее босса, уточнил расписание. Он, как обычно, посмеялся над моей гиперопекой, упрекнул в беспочвенной ревности, а потом все же сжалился и подтвердил, что Ксюши на работе нет."

"Значит, сильно обиделась. Немудрено. Я несколько свиданий подряд нам испортил, любая бы разозлилась. Ксюша еще долго держалась, прощала недостаток внимания и терпела мою патологическую занятость.

Но не может же она подозревать меня? Очень глупо с ее стороны. Презерватив – это не доказательство. Бред!

Мне казалось, утром мы все решили. А теперь чувствую, что зря ее одну оставил, но раньше вечера вернуться не могу. Дел по горло, встреча важная, прием в клинике… Но прежде… Глеба выпороть надо за его дурацкий юмор.

- Мэт, блин, не понял, - кряхтит он, поднимаясь с пола. – Ты же лично меня отправил в филиал. Поручил мне мебель принять и рабочих проконтролировать.