Время течет, обстоятельства становятся другими…

Я не договорила, когда дочь хмыкнула и, протянув мне звезду на макушку, спросила:

– Думаешь, что прошлое можно стереть?

Вот и дал же мне господь такую умную дочь…

– Нельзя, конечно, – пожала я плечами. – Но будущее может перекрыть его, если понимаешь, о чем я.

Спустившись с табуретки, я отряхнула руки и окинула взглядом результат наших трудов.

– Ну, как тебе? – спросила у Дашки.

Люси, словно чувствуя, что мы завершили работу, прибежала взглянуть на наряженную елку. Восхитилась, прижала ручки к груди.

– Касиво-о-о! – похвалила нас.

Дарья же вздохнула и согласилась.

– Красиво.

Я не знала, что еще сказать дочери. Учитывая, что мы часто обсуждали случившееся, и я раз за разом доносила до нее свою позицию, Дашка пока была упертой в этом вопросе. Однако, от необходимости отвечать меня отвлек звонок в дверь.

Нахмурившись, я взглянула на часы. Мы никого не ждали. Вечер собирались провести тихо, в семейном кругу. Вкусно поужинать, немного посмотреть телевизор. А тут кто-то явился без приглашения.

Когда взглянула в глазок, оказалось, что черти принесли Ковалева.

Который наверняка видел, что в окнах квартиры горит свет, когда сюда поднимался.

Очень хотелось сделать вид, будто никого нет дома, но я опасалась, что Алексей начнет стучать и названивать еще активнее и этим напугает Дашу и Люси.

– Ты научился-таки не врываться в чужой уже дом, как я и просила? – поинтересовалась язвительно, открыв мужу.

Мое желание не впускать Ковалева, а быстро уточнить, что ему надо и выставить прочь, не сбылось. Он бесцеремонно отодвинул меня в сторону, легко, как пушинку.

И, зайдя в квартиру, сказал:

– Нужно поговорить.

Если бы я сейчас стала выгонять Алексея за порог, пожалуй, Даша бы убедилась в том, что ее желание выписать отца из свидетельства – правомерно. Да и судя по виду Ковалева, случилось что-то из ряда вон выходящее.

– Ты одна? Больше никаких мужиков нет? – задал он вопрос, оглядываясь, будто у меня каждый раз, когда муж приходил, в каждом углу по любовнику пряталось.

– Пока нет. Но это дело наживное, – ответила ровно, кивая в сторону кухни. – У тебя есть минут десять.

Не хочу портить себе предпраздничное настроение долгими разборками.

Мы прошли к столу, за которым и устроились. Ремарки про чай-кофе вставлять я не стала, надеясь, что Алексей понимает: привечать здесь его точно не станут. Особенно после нашей последней встречи, когда я выдала Ковалеву все, что имела ему сказать.

– Тот человек, которого ты принимаешь у себя дома, и с которым ты, как говоришь, нашла общий язык – опасен."

"Алексей не стал ходить вокруг да около и сразу сказал обо всем, с чем пришел.