Может, Лара была мне близка в том, что ей тоже непривычно. Она — в новом для себя мире, как и я.

— Я думаю, тебе будет непросто. Но не все же сразу. Да и, насколько я понимаю, в покое тебя не оставили, и у твоей свободы своя цена?

— Меня устраивает цена, — задумчиво отозвался я. — По-другому и быть не могло. Приходится нести ответственность за свой выбор, который я сделал много лет назад, а именно — развить свой дар и стать выдающимся спецом по токсикологии. Я знал, что это может быть опасно, но сознательно принял риск.

Ярослав хмуро молчал. Он тоже предостерегал меня от того, чтобы начинать вести собственную практику без прикрытия.

Может, он думал, что мне стоило обратиться в поисках защиты к ведам сразу? А, может, что мне не следовало высовываться и светиться вообще? Казалось, что бы я ни сделал — все было глупостью.

— Так а теперь у тебя есть кто-то? — продолжала разговор Лара со свойственной ей очаровательной непосредственностью.

А я всё сравнивал её с Надей. Лара тоже перенесла потерю прежде, чем переступить границу миров. Она лишилась возможности остаться собой, делать дело, которым горела по-настоящему.

Ей, в отличие от меня, выбора не дали. Но теперь у нее появилась возможность не только вернуться к хирургии, но и расширить практику. А Надя? Меня не оставляло чувство, что сил на восстание из пепла у нее нет.

— Что-то в этом роде, — отозвался я спустя длинную паузу. — Прости, задумался… Но она замужем.

— Вот как?

— Да. Только мне кажется, что очень несчастна…

— Ну, так, может, это судьба?... — улыбнулась Лара.

— Правда думаешь, что оборотни без фамилии Князев могут сделать судьбу женщины лучше? — пошутил я.

Ярослав усмехнулся.

— Ну это какая-то крайность, — рассмеялась Лара. — Либо Князев, либо никак? Нет, конечно, мне сейчас комфортнее, чем большинству женщин в моей ситуации, благодаря Ярославу, но… у тебя он тоже есть. Можешь с ним консультироваться. — Тут она задумалась, скосив глаза на Ярослава, и хитро улыбнулась. — Хотя, знаешь, это все моя заслуга, скорее всего. Любая другая с ним бы тоже загремела на лечение…

— Безусловно, — закивал Ярослав с улыбкой, и мне стало почти также тепло, как в детстве. Глаза налились тяжестью, стало лениво дышать…

— Так а почему ты думаешь, что эта девушка несчастна? — поинтересовалась Лара.

А я чуть было не ляпнул, какая Лара славная и как мне с ней тут хорошо и уютно. Пришлось собраться с мыслями:

— Чувствую, что уставшая какая-то, — покладисто ответил я, — а ещё она умеет разговаривать с психически неуравновешенными мужчинами…

— Это где ты успел выяснить?

— Я вел себя сегодня как полный придурок, а она, вместо того, чтобы дать мне адекватный отпор, принялась договариваться…

— Допустим, — пытливо хмурилась Лара.