Артур был не просто одаренным ребенком — в нем я узнавал себя, свои амбиции и страсть к фигурному катанию. И в этот момент у меня возникла идея, которая могла изменить жизнь этого мальца на долгие годы. Дать ему толчок к нечто большему. Может хоть он, в отличие от меня, сможет стать великим хоккеистом.

Это необъяснимое намерение настолько овладело мной, что я решительно направился обратно в сторону катка.

Подойдя к борту, окликнул Юрия Петровича, который все так же следил за тренировкой своих подопечных.

– Извините, могу я занять несколько минут вашего времени? – обратился я к нему, стараясь казаться спокойным и уверенным.

Тренер с легким удивлением повернулся ко мне, но в его глазах я заметил и искорку любопытства.

– Да, конечно, слушаю вас, – ответил он, отводя взгляд от будущей команды юных фигуристов.

Я сделал глубокий вдох, чувствуя, как участилось сердцебиение. Мысли в голове путались, но я твердо решил довести задуманное до конца.

– Вы мне чуть ранее говорили про одного мальчика, помните? Артура, – начал я. – Мне кажется, что он действительно обладает невероятным талантом. Это заметно даже невооруженным глазом.

И знаете... – я на мгновение запнулся, но тут же продолжил, – Мне бы хотелось предложить вам спонсорскую помощь для его тренировок и дальнейшего развития.

От удивления у Юрия Петровича чуть глаза из орбит не повылазили. Он явно не ожидал услышать от меня подобного предложения.

– Ну, что скажете?.. – замер я, в ожидании ответа.

Глава 21

Лиза

Накрыв на стол, ждала, когда же Маша наконец присоединится к ужину. В последнее время она как-то замкнулась в себе и все реже говорила со мной по душам. Я старалась не думать об этом слишком много, но тревога всё равно сжимала сердце.

Мы всегда были близки, и я не могла понять, что произошло.

Наконец, она неспешно вошла на кухню и села напротив меня.

– Как прошел твой день? – спросила я с легкой улыбкой, стараясь вложить в голос как можно больше тепла и пытаясь завязать беседу."

"Дочь лишь пожала плечами и принялась ковыряться в тарелке, не проронив ни слова. Это меня расстроило. Внимательно смотрела на нее, наблюдая, как она сосредоточенно разбирает еду, будто в ней прятались ответы на все вопросы. Её взгляд был направлен куда-то вдаль, и в нем читалась тоска.

Я понимала, что сейчас нужно быть особенно осторожной, чтобы не задеть её чувств, но и оставаться в стороне было невозможно.

Вздохнула и попыталась еще раз.

– Может, расскажешь, что нового в школе? – мягко спросила я, надеясь, что это вызовет у нее хоть какую-то реакцию.

Но, увы, она снова пожала плечами, а мне стало лишь обиднее. Понимала, что ей, вероятно, сейчас сложно. Время, когда она делилась со мной своими переживаниями и радостями, кажется, кануло в прошлое.