В этом роскошном мире, наполненном деньгами, красотой и развлечениями, не было места для серых мышек, озабоченных только домашним уютом и воспитанием дочери. Я хотел свободы и новых ярких ощущений.

Одно дело, когда мы были в нашем городе и ничего слаще редьки не ели, и совсем другое, когда для меня открылся совершенно иной мир. Сколько можно было попробовать, узнать, почувствовать. В конце концов, сколько сочных и сиськастых баб я мог поиметь. А то и не одну за раз. Да стоило свистнуть и их толпа набежит. Эти дуры еще и рвать друг другу волосы начнут за право первой удовлетворить меня своим ртом.

И все это я должен был похерить из-за Лизы? Ну, серьезно. Она давно уже начала меня раздражать своими убогими взглядами на жизнь. Бывшая не понимала моих амбиций, не поддерживала моих планов и постоянно ныла о том, что им не хватает меня.

Могла же сидеть дома и не отсвечивать. Воспитывала бы Машку и не мешала бы мне жить полной жизнью, ни в чем себе не отказывая. Нет же. Лиза упорно тянула меня вниз, заставляя чувствовать себя виноватым за то, что я не уделяю им должного внимания, не веду себя как пенсионер. Она ведь даже земельный участок покупала с расчетом на то, что будет там что-то сажать.

У нее муж звезда хоккея, она живет в лучшем районе столицы и собиралась высаживать помидоры, блять! На полном серьезе.

Поэтому разводу я даже был рад. Бесило только то, что она оттяпала часть моих бабок, но пусть подавится. Я легко заработаю еще, а вот для нее прожитые годы со мной так и останутся лучшим временем в ее никчемной жизни. Она больше никогда не наденет таких вещей, не попробует такого шампанского и не сможет позволить себе отдыха на лучших курортах мира.

А вот я стал свободен и мог делать все, что захочу.

Встречаться с самыми красивыми женщинами, ездить на самых дорогих машинах и жить в самом роскошном пентхаусе.

Я поднял бокал и сделал большой глоток. Алкоголь приятно обжег горло и растекся по телу теплом. А после закрыл глаза и представил себе, как буду наслаждаться своей новой жизнью.

– Демьяша, – промурлыкала Карина, присаживаясь на мои колени и прижимаясь к моему торсу своими буферами, – а давай тебя в моем клипе снимем? Ты же пипец какой у меня секси. Я там на кровати буду, вся в пене, только в лифаке и трусах.

А ты с клюшкой…

Сдержанно усмехнулся, представляя эту жалкую, пошлую пародию на искусство. Неужели она действительно думает, что я соглашусь на такое?

– Нет уж. Обойдусь без этого. Хватит и того, что я за этот шлак заплатил.

Карина надула губки, словно обиженный ребенок.

– Ну пусик, – законючила она. – Ну ты же капец брутальный. Только глянешь, а девкам уже трусы менять надо. Ну-у-у, плиз.

Я поморщился, раздражаясь от ее скудного лексикона и навязчивости.

– Отвали, Карин, – бросил ей. – Достала.