— Не смотри так на меня, — закатил он глаза, поймав строгий взгляд Лильен.

Она сердито поджала губы. Джонас вновь закатил глаза, но застегнул все пуговицы рубашки.

— Так-то лучше, — разулыбалась она. — Твой побратим такой шалопай, — вздохнула она, глянув с упрёком почему-то на меня.

Смутила нас обоих. Джонас кашлянул, рассмеялся и толкнул перед нами двойные двери.

— Пошли пожирать твои блинчики. Потом нас отчитаешь, мамочка. Всем доброе утро! — объявил, входя вперёд нас.

— Вижу, вы подружились, — я присмотрелся к лицу Лильен.

— Мне кажется, я изначально ошиблась в оценке Джонаса.

И он твой друг. Не вижу смысла с ним враждовать.

Как же она правильно подбирает слова. Но хитрость — не особо плохое качество для женщины. Скорее, наоборот.

В столовой нас ожидали Реико и Блез. При нашем появлении они поднялись, чтобы поздороваться. Обмен любезностями прошёл кратко, мы разместились за круглым лакированным столом и принялись за трапезу. Лильен сразу придвинула ко мне блюдо с теми самыми блинчиками. Это оказались лепёшки из теста с мясной начинкой. Простое на первый взгляд блюдо, но вкусное. Джонас не уставал петь им оды.

Реико и Блез снизошли до краткой похвалы. Мачеха относилась к падчерице так же настороженно, как и ко мне. А вот брат не скрывал равнодушия к сестре. Хоть и одной крови, но они будто незнакомцы. Впрочем, Лильен не отставала от Джонаса и демонстрировала жизнерадостность.

В целом, завтрак прошёл спокойно. Пока все будто присматривались друг к другу. Даже мой побратим хоть и выглядел увлечённым едой, но внимательно следил за гостями, временами врываясь в разговор, чтобы прервать провокации Реико. Та явно намекала на слухи о так и не случившейся первой брачной ночи.

Да и от падчерицы она требовала скорейшей беременности. Моя проблема становилась всё больше, пора было принимать решение.

После завтрака Джонас попросил меня о приватном разговоре. Реико явно была раздосадована, но выказала надежду на встречу со мной позднее. Я не особо горел желанием с ней разговаривать. Скорее всего, поднимется тема имущественных прав и консумации брака. Оба вопроса я бы предпочёл отложить до лучших времён. Мне вообще больше хотелось побыть наедине с женой, присмотреться к ней внимательнее, но дела требовали моего участия.

— Что ты хочешь обсудить? — обратился я к другу, когда мы вошли в мой кабинет.

Утром ярко светило солнце, но теперь небо скрыли серые тучи. Об окна разбивались капли дождя. Осень в этом году текла размеренно-лениво, то налетала холодом и ливнями, то ласкала теплом почти летнего солнца.

— Я придумал, как решить твою проблему, — выдал он радостно.

— Снова предложишь откусить Лильен голову?

— Нет, отдай её мне.

— Что? — я оторвал взгляд от окна и развернулся к другу.

— В жёны.