— Прилетел вчера ночью, — с улыбкой пояснил мужчина, смешно щурясь от солнечных лучей.

— Надо будет его поприветствовать, — пробормотала я.

На сознание накатило ощущение тревоги. Без мужа жилось намного приятнее. Теперь в доме два существа, желающих мне смерти, и куча их помощников. Придётся держать удар по двум фронтам.

— Не торопись, он разгребает текущие дела, — отмахнулся Джонас. — Но ты можешь порадовать его блинчиками. И меня заодно.

— Тебя в первую очередь? — предположила я.

— Ничего от тебя не скрыть, — притворно возмутился он."

"Не скажу, что я была поваром от бога, но блинчики готовила неплохо, Джонас уж точно оценил.

А вот мачеха наверняка будет ворчать, мол, не пристало дочери древнего рода самой готовить еду. Но почему бы её не позлить? Может, так она сделает ещё одну ошибку. Заодно прикормлю и мужа. Надо же поддерживать с Аргосом видимость отношений. Правда, за недельку я как-то от него отвыкла, зато привыкла к Джонасу.

После пробежки я провела растяжку и убежала к себе. Там приняла душ, переоделась и спустилась на кухню, чтобы приготовить блинчики. На этот раз мне помогли, потому удалось напечь три горки вкусностей.

Я собиралась и заняться распределением между ними начинки, но тут принеслась Анита и сообщила, что Аргос ждёт меня через полчаса на завтрак. Пришлось бежать наверх, наводить марафет и переодеваться. А на выходе из покоев я чуть не налетела на Реико. Видимо, она собиралась постучаться, её рука замерла на уровне моего лица.

— Ты здесь такая активная, Лильен, тебя не поймать, — коротко улыбнулась она.

Реико выглядела даже хуже меня утром, будто и вовсе не сомкнула глаз. В руках женщина держала простую коробку из светлого дерева.

— Видит Трёхликий, я желала нас уберечь, но… Можно войти?

— Да, проходи, — посторонившись, деактивировала защиту на двери.

Реико даже шла как-то неуверенно, будто готовая в любой момент споткнуться, но всё же добралась до софы и обессиленно на неё опустилась.

— Утром мне звонили из столицы, сообщили о смерти жрицы храма Солуа.

— Ничего не понимаю, — я помотала головой, пытаясь поднять из недр чужой памяти нужную информацию. — Поклонение Семерым запрещено. Какая жрица?

— Запрещено, и Ипонена хорошо скрывала своё… увлечение.

— Ипонена?! Глава музея в храме Солуа? Она была жрицей?! Подожди, погибла?! — мой голос осип от шока.

Лильен знала эту милую женщину, сохраняла связь ради отца, ведь они были добрыми друзьями. Пусть я сама лично никогда с ней не виделась, но мне стало до слёз жаль. Она всегда поддерживала Лильен, предлагала помощь, была добра ко всем.

— Да, её убили. Пожар разожгли, чтобы это скрыть, но… твой муж как-то докопался до правды. Говорят, сумел на время восстановить её тело, чтобы увидеть раны. Теперь убийц разыскивают.