И то, как он себя вёл с ней… Примерно так же он очаровывал меня. Это взбесило больше всего, потому вместо того, чтобы вернуться на бал, я отправилась бить морду неверному дракону. К счастью, опомнилась быстро, обошлась только пощёчиной. Но до сих пор дрожь по телу, стоит вспомнить, как он прорычал мне в спину приказ возвращаться к себе. Виноватым он себя не ощущал.

Реветь я, само собой, не стала, была слишком зла на Аргоса и на себя за глупость, потому назло ему вернулась на бал. А там меня взял в оборот Кастор, будто только и ждал момента моей ссоры с мужем. Это сильно напрягло, но я всё же забрала у него заявления об аннулировании брака. Потом же меня настоятельно попросили вернуться в свои покои. Видимо, Аргос боялся скандала. Я опасалась прямых провокаций со стороны всех, кто видел сцену встречи влюблённых, потому послушалась, только не собиралась ложиться спать и молча ждать решений мужа.

Смешно, но новый поворотный момент в моей жизни снова начался с подслушанного разговора. Аргос признался Джонасу в невероятной тяге к Люсьене и спокойно согласился отдать меня ему. Уж не знаю, чтобы откусить мою голову или в жёны и любовницы, но оба варианта меня категорически не устраивали. В конце концов, я не вещь, чтобы мной распоряжаться по своему разумению. И тогда пришлось приступить к воплощению давно подготовленного плана.

Я скрыла с помощью кальки часть заявления, сверху приклеила счёт, немного поколдовала с артефактами. Оставалось привлечь к воплощению побега соучастников: дедушку и Кастора. Они согласились мне помочь без вопросов. Дед пообещал играть проблемы со здоровьем, юрист заверил меня в благосклонности судьи. Я нанесла кучу кремов на лицо, ведь всё же поревела, включила защиту, усыпляющий артефакт и залегла спать. А наутро отправилась обманывать мужа.

Аргос был до зубовного скрежета собран и спокоен, будто не собирался меня отдавать другому дракону. Ещё и удивился моему спокойствию, которое, между прочим, давалось ценой невероятных усилий. Но я пообещала себе выдержать этот момент с достоинством. Он меня ранил, сделал больно, но никогда об этом не узнает. Пусть думает, что и я просто игралась и ничего к нему не испытывала. Всё прошло хорошо, он не заметил чрезмерной толщины документа. И даже, что удивительно, снял с постов телохранительниц. Это помогло легко сбежать из банка, я просто выпорхнула в окно с артефактом левитации. Оставалось лишь замаскироваться, забежать к лекарю за справкой о невинности и добраться до здания суда.

— Уверен, Трёхликий помог на вашем пути, — закивал юрист.

Его заявления напрягли. И когда он стал таким набожным? Впрочем, неважно, я не собираюсь ему доверять. Уже обожглась с одним мужчиной.