Дульсинея вытирала бумажным платочком порозовевший нос. Иван протянул руку и положил ладонь на женскую спину в шелковом винно-красном платье. Не печалься, царица моя. Парень дочери нашей достался, конечно, не шибко коoрдинированный, но как нам внуков сделать, поди, сообразит. Папаша у него вон, шустрый.

Танец новобрачных окончился, зазвучали аплодисменты. Ведущий предложил всем желающим присоединиться – но не тут-то было. Иван со смесью удивления и опаски наблюдал, как к ведущим медленно подходит его мать, как что-то говорит им, наклонившим к ней, головы.

- Уважаемые гости! – раздалось в микрофон. - Достопочтенная бабушка нашей невесты приготовила для молодых подарок-сюрприз!

Та-а-ак. Камеи с Крупской мало, что ли? Иван начал вставать. Дуня смотрела на него с легкой встревоженностью. Α Идея Ивановна Тобольцева уже шествовала… к роялю.

И как Иван раньше не догадался? Рояль-то он и не приметил.

Иван помог матери устроиться на табурете, подрегулировал высоту – и остался рядом. На всякий случай.

- Ференц Лист, – прозвучало в наступившей тишине прекрасно поставленным учительским голосом. – «Грезы любви».

И зазвучал Лист. Эталонный безупречный Лист. Вершина исполнительского мастерства Коломенской музыкальной школы. Мать играла, слегка кивая в такт и немного раскачиваясь. И, кажется, помолодела разом. На много-много лет.

Еще не отзвучали последние ноты, как у рояля стояло уже трое.

- Вы позволите? – Илья образцово галантным жестом склонил голову. Мать оглядела его внимательным взглядом - и царственно кивнула. Откуда-то тут же принесли второй табурет, с ним Иван помогать не стал – юноша справился сам. Два сидящих за роялем человека переглянулись – и Иван вдруг понял, что между ними вот прямо сейчас установилась какая-то своя прочная невидимая связь. Они одновременно кивнули друг другу. И одновременно вступили.

В нюансы исполнительского мастерства Иван никогда не вникал, несмотря на все уcилия матери. Но сейчас не мог не поразиться тому, как слаженно, в четыре руки,играли эти двое. Без нот, по памяти, впервые оказавшись за одним инструментом. Это какая-то магия."

"Снова ещё не отзвучали последние ноты, как… Нет, такими темпами у рояля уже скоро будет не протолкнуться! Иван с легкой оторопелостью наблюдал, как к ним энергично пробирается дородный мужчина с пышными усами. Это преподаватель Ильи.

О, нет, только не это.

- Хороший мальчик, - раздался рядом почему-то чуть хрипловатый голос матери. – Хотела бы придраться, но не к чему.

Иван снова обернулся к роялю - и именно в тот момент, чтобы увидеть, как Идея Ивановна Тобольцева гладит его зятя по голове. Точно таким же жестом, как она гладила своих маленьких учеников за успехи. А он… он смеется. И кратко прижимается щекой к накрахмаленному жабо.