А он улыбнулся:

- Знаешь,тебе очень идут очки, – и поправил их у нее на переносице.

***

Платье куплено. Таня купила платье. Уже есть свадебное платье. Разные слoва, но смысл один. Смысл ясен и прост. Теперь точно все. Почему-то именно на словах жены, что дочь купила платье на свадьбу, Иван уверился окончательно и бесповоротно – свадьбе быть. Этой совершенно невероятной, немыслимой свадьбе, возможность которой еще каких-нибудь полгода назад ему бы представилась – расскажи кто – плодом фантазии глубоко больного писателя-шизофреника - теперь эта свадьба замаячила где-то совсем близко и реально.

И помимо всего прочего это означало одно – о грядущем событии надо оповестить… хм… матриарха рода.

Идею Ивановну Тобольцеву.

Маме уже глубоко за восемьдесят. Иван, посоветовавшись с Дуней, предлагал матери перебраться в Москву, к ним. Да, неудобно, но… Но Идея Ивановна ответила им единственным и таким решительным отказом, что эта тема больше не поднималась. Мать жила одна. Утверждала, что прекрасно справляется. И даже все еще давала частные уроки. А Иван примерно раз в месяц или два ездил в Коломну."

"Мать очень радовалась этим визитам, но виду, разумеется, не подвала.

Еще больше она радовалась, когда Иван приезжал не один. Общество Дуни на Идею Ивановну всегда действовало, как мощное тонизирующее, а внуки… Внуки теперь не слишком часто баловали бабушку своими визитами. И Иван не мог их за это осуждать. После выхода на заслуженный отдых весь свой педагогический пыл Идея Ивановна направила на внуков. И они этого не забывали. И если Таня все же время от времени составляла отцу компанию во время поездок в Коломну – правда, о тату пришлось, естественно, умолчать,то Иня предпочитал любить бабушку на расстоянии. Потому что Ванькины татушки под одеждой не спрячешь, а попытки порадовать бабушку собственными музықальными композициями заканчивались сердечными приступами у этой самой бабушки.

Можно было бы, конечно, в этот раз взять Дуню – но у нее в последнее время уставший вид, да и работы много. В общем, придется ехать одному.

Сваливаться матери как снег на голову Иван уже давно перестал, поэтому сначала позвонил.

- Мама, я приеду завтра.

- Что это вдруг?

- Пoчему вдруг? – спросил Иван осторожно.

- Потoму что, друг мой, ты был у меня две недели назад.

Уже склероз, дорогой сын?

Иван кашлянул. Остроты языка Идея Ивановна Тобольцева с годами нисколько не утратила.

- Ты не рада меня видеть, мама?

- Рада, конечно. Но я желаю знать истинную причину твоего приезда.

- Ты ее желаешь знать прямо сейчас? Не дожидаясь, когда я приеду?

- Конечно!

- Хорошо, - спокойно согласился Иван. – Я даже могу не приезжать, а сқазать тебе обо всем по телефону. Твоя внучка выходит замуж.

Из трубки донесся какой-то булькающий звук.