Но тогда бы Илья ответил на вызов, верно? Ну ладно, если он у него и он телефон найдет и увидит, то наверняка сообщит.

На завтраке, без телефона ощущаю себя неуютно, но зато сейчас на мне куда более удобная и закрытая одежда, нежели вчера, мягкие кроссовки, и уже от этого так хорошо.

Пока пьем с Наташей кофе, со мной, словно хорошие друзья, здороваются абсолютно все проходящие мимо мужчины с нашей работы. Чувствую, как у меня краснеют лицо и уши, а кофе застревает в горле.

На завтраке, без телефона ощущаю себя неуютно, но зато сейчас на мне куда более удобная и закрытая одежда, нежели вчера, мягкие кроссовки, и уже от этого так хорошо.

Пока пьем с Наташей кофе, со мной, словно хорошие друзья, здороваются абсолютно все проходящие мимо мужчины с нашей работы. Чувствую, как у меня краснеют лицо и уши, а кофе застревает в горле."

"– Ого, какая ты популярная стала у мужского коллектива, – не без ноток зависти говорит Наташа. – Сегодня ведь почти как обычно выглядишь. Чего они?

– Не знаю, – пожимаю плечами.

– Я знаю, – неожиданно говорит сидящая с нами за длинным столом бухгалтер Алефтина Владимировна. – Ты сначала ушла из зала, когда многие уходили, я тоже уходила. Потом вернулась, смотрю, и ты там, за столом с мужиками сидишь. И главное прям вы там все общаетесь, обсуждаете что-то громко, тосты поднимаете. Ты плачешь, а тебя все мужики жалеют, утешают, говорят, что не все они козлы, и не все изменяют. Нахваливали тебя, какая ты умница-красавица. Предлагали мужу твоему позвонить и объяснить все по мужским понятием, вы бы и позвонили, только у тебя телефона не было.

Закрыла горящее от стыда лицо руками.

– Я ничего этого не помню.

– А лифт помнишь?

В ужасе опускаю руки.

– Что с лифтом?

– Не помнишь? Да нет, ничего, хорошо все.

Мрачно посмотрела на Наташу.

– Я больше не буду ездить на корпоративы! – клятвенно пообещала я.

– Ну-ну, – хмыкает Наташа.

И тут возле нашего столика с подносом останавливается Илья.

– Можно с вами присесть? – интересуется начальник. Мы, конечно, закивали.

Илья садится, неспешно ест. Мы с Наташей подираем Илью любопытными взглядами. Я-то ничего не могу сказать о прошедшей ночи, а вот он наверняка знает больше. Но выглядит, почему-то грустным.

– Как прошло ваше утро? – наконец, интересуюсь я.

– Обычно, – пожимает плечами Илья. Я уже хочу спросить хотя бы про телефон, вдруг нашел все-таки, но тут начальник задает свой вопрос. – А ты почему вчера ко мне не зашла чай попить?

У Наташи выпучились глаза, а у меня внутри все неприятно опустилось. Я, конечно, помню далеко не все, но то что ночью у меня что-то с кем-то было – да.

Молчим с Наташей, переглядываемся. Я напряженно пытаюсь что-то вспомнить.