В квартире ничего не изменилось. Не было романтического ужина, свечей и всей этой романтической атрибутики, но с кухни пахло едой.

А я продолжал гадать, зачем меня заставили час погулять?

Дрессирует, что ли? Проверяет мои навыки выполнения команд?

– Пойдем ужинать? – предложила Саша.

– Конечно, пойдем, – я подошел к жене, обнял за талию, притянул к себе и потерся носом о ее висок, – Санечка, а я зачем гулял целый час?

– Может, сначала ужин? – робко уточнила она.

– Нет, маленькая, лучше скажи сейчас, а то сам додумаю, хуже будет, – шутя пригрозил я.

– Хорошо, пойдем в спальню, – она взяла меня за руку и повела за собой.

– Вот это хорошо, так мне нравится. Сначала спальня, потом ужин.

Мы зашли в спальню, а Саша робко указала взглядом на кровать, в центре которой стояла небольшая белая коробочка.

– Это что? – не понял я.

– Сюрприз. Открой, – шепотом попросила она.

Я открыл коробку и сначала не понял.

Достал открытку, под которой лежало очень странное черно-белое фото.

Перевернул открытку, прочитал, моргнул…

«Встретимся через восемь месяцев, папочка!» – было написано на ней.

Я поднял взгляд на Сашу, но сквозь пелену видел лишь ее робкий силуэт.

– Ты…

– Беременна, Киря. Я жду ребенка и собиралась сделать тебе сюрприз. Поэтому попросила приехать чуть позже. Задержалась в клинике на УЗИ и не успела все подготовить.

– Сашка… – я упал на кровать, рассматривая снимок, но ничего не понимал.

– Вот он, или она, но я думаю, что у нас будет сын, – Сашин пальчик указал на крохотную точку на снимке. – Развивается хорошо.

– Саш, – позвал я, когда смог говорить, – я тебя пиздец как люблю. Больше всего на свете тебя и мелкого нашего.

– И я тебя. Очень люблю, – призналась моя жена, – больше, чем очень.

– Иди ко мне, малышка…

Эпилог 2

Саша. Десять лет спустя

Рассветное солнце только пробивалось из-за горизонта, осторожно касаясь лучами земли.

Я стояла у деревянного забора и наблюдала, как двое взрослых мужчин осторожно крадутся к дому третьего, вооружившись… петухом! Настоящим, живым петухом, который немного возражал против произвола, но временно не вступал в рукопашную.

Кирилл и Лев тихо пробрались в дом Матвея, из которого сразу же вышла Катя, жена Мота, закатила глаза и заметила меня.

Я обошла забор, вышла через калитку и медленно потопала в ее сторону. Мы встали плечом к плечу и приготовились ждать.

Недолго.

Спустя пару минут из комнаты донесся оглушительный крик петуха, испуганный мат Матвея, а потом они оба вылетели в окно. В смысле, сначала вылетел сонный и матерящийся Мот, а за ним – обиженный до самой глубины души Петя.

Следом послышался ржач двоих злодеянинов, которые исподволь наблюдали за эпичной битвой Моти с Петей. Точнее, за увлекательной игрой в догонялки.