За окном уже наступила ночь, день оказался очень выматывающим, и всё никак не хотел заканчиваться.

– Нет, – всхлипнула девушка, и только сейчас я увидела в её руках крошечный кусочек бумаги. – Диляр написал, что сегодня не приедет в особняк Кьянто, лишь через неделю.

Я выдохнула. Всего-то! Вот у меня проблемы так проблемы! Попала в другой мир, в чужое тело, привязалась к чужому ребёнку и с каждым днём понимаю, что всё меньше и меньше хочу возвращаться на Землю, где меня никто не ждёт. С другой стороны, здесь меня ожидает перспектива работать служанкой ближайшие восемь лет.

Ах, да, забыла добавить, что мне нравится мой собственный господин, и, судя по всему, ему я нравлюсь тоже. Но он обладает магией, а законы этого государства запрещают такого рода отношения, или же мне придётся пройти процедуру стерилизации, на которую я, Эльвира Лафицкая, разумеется, никогда в жизни не соглашусь, поэтому мне точно ничего не светит. Какой-то жуткий тип, обладающей властью в этом мире, намерен добиться того, чтобы выкупить мой контракт с училищем и, таким образом, хочет меня взять фактически в рабство. Ничего не забыла? Ах, да, правящий князь соседнего государства, с которым Норгеш состоит не то в дружбе, не то в военных отношениях, заявил, что я его «Эс хааэль аль шайне».

Анисья, совершенно не догадывавшаяся о моих мыслях, продолжила:

– У него рабочий контракт сегодня истекает, я это точно знаю! А он написал, что ещё целую неделю будет жить у госпожи Гортензии Галитье. Представляешь?! В качестве кого он там будет жить?

– Представляю, – кивнула я, разливая чайник с успокаивающими травами по кружкам. – А ты не думала, что у него может быть список обязанностей, которые он обещал выполнить в срок, но не успел? Или что ему надо собрать вещи для переезда?

Слёзы на глазах Анисьи моментально высохли.

– Ты, правда, так думаешь?

Я так не думала. Если есть контракт и чётко обозначенная дата истечения срока пребывания в доме Гортензии Галитье, то Диляр должен был съехать именно сегодня. На худой конец завтра, если вещей действительно много. Но какие вещи могут быть у лакея? Пара штанов, рубашек, да сапоги… Но Анисья смотрела на меня настолько заплаканными глазами, что я соврала. Я сердцем чувствовала, что это именно тот случай, когда надо соврать несмотря ни на что.

Это их отношения, и я просто не имею права их разрушать.

– Ань, не стоит реветь, – строго сказала я. – Ты должна решить раз и навсегда, доверяешь Диляру или нет. Если нет – то просто расстаться, если да – то верить ему безоговорочно. Но просто так реветь из-за того, что возможно твоего жениха и его госпожу что-то связывает, – последнее дело.

Когда я перевела взгляд на дверной проём, то с удивлением увидела облокотившегося на дверь Кристиана.