И в этот момент я почувствовал, что стал не просто частью их жизни. Я стал их семьёй.

* * *Я сидела в ванной, глядя на тест в руках. Две полоски. Две яркие, отчётливые полоски, которые казались мне маленьким землетрясением, сотрясающим мою жизнь.

Беременность.

Я думала, что уже прошла через это. Думала, что больше не увижу себя в этом зеркале: с круглыми щеками, опухшими руками, усталым взглядом. Воспоминания о прошлых беременностях вернулись лавиной. Как я одна таскалась по больницам, как Зафар критиковал меня за каждую новую килограмму, за разбросанные по всему дому игрушки, за усталость, за слёзы. Всё это снова накрыло меня с головой.

Я выдохнула, чувствуя, как сердце ускоряет ритм.

— Хаджар, ты там? — послышался голос Хамзата за дверью.

Я быстро спрятала тест в карман халата и открыла дверь. Он стоял в проёме, высокий, уверенный, его тёплый взгляд сразу пробрался в моё сердце. Как всегда.

— Ты в порядке? — спросил он, внимательно разглядывая меня.

— Да, — выдавила я и обошла его. — Всё нормально.

— Ты уверена? — его голос прозвучал с лёгким подозрением.

Я кивнула и пошла на кухню, но чувствовала, как он следовал за мной.

Когда я поставила чайник на плиту, он мягко взял меня за руку, заставляя обернуться.

— Что-то случилось. Я вижу.

Его глаза были такими тёплыми, такими добрыми. Это было невозможно скрывать.

— Я… — начала я, но голос дрогнул. Я вытащила тест из кармана и молча показала ему.

Его глаза сначала округлились, а потом засветились такой радостью, что мне стало стыдно за свои страхи. Он выглядел так, будто только что выиграл лотерею.

— Ты серьёзно? — спросил он, не веря своим глазам.

Я кивнула, а он резко обнял меня, поднимая в воздух.

— Хаджар! Ты даже не представляешь, как я счастлив! — его голос звучал громче обычного.

— Осторожно! — я засмеялась, чувствуя, как от его энергии начинают рассеиваться все мои страхи. — Ты меня сломаешь.

— Сломаю? — он поставил меня на пол, но всё ещё держал за плечи. — Ты что? Ты только посмотри на себя. Такая хрупкая, такая красивая… и ты подаришь мне ребёнка.

Я опустила взгляд, не зная, как сказать то, что грызло меня изнутри.

— А что, если я снова растолстею? — наконец выдохнула я. — Что, если я стану некрасивой, непривлекательной? Ты же знаешь, как это было…

Он вдруг замолчал, потом тихо засмеялся, и это выбило меня из колеи.

— Что смешного? — я ударила его по плечу, но он всё равно продолжал смеяться.

— Ты действительно думаешь, что я полюбил тебя за внешность? — спросил он, наклоняясь ближе. — Я полюбил тебя такой, какая ты есть. Неважно, какой формы твоя фигура или сколько килограммов ты весишь. Ты для меня — самая красивая.

— Хамзат… — прошептала я, чувствуя, как тепло его слов растапливает ледяной ком в моей душе.