И вдруг она увидела его глаза. В них не было больше желания. Взгляд Майлза, полный насмешки и презрения, поразил Александру.

— Похоже, леди может добиться свободы любыми средствами.

Алекс вздрогнула. Она и представить не могла, что Майлз станет так трактовать ее действия. Проклиная себя за малодушие и распущенность, Александра, как могла, закрылась рубашкой.

— Я буду молить вас о свободе, Кросс. Если это поможет, я буду ползать перед вами на коленях и молить у вас пощады, я буду взывать к тому лучшему, что еще в вас осталось. Но никогда, слышите, никогда, не стану я продавать себя… даже за право быть свободной. Вы можете сделать меня своей пленницей, но вы не сделаете меня своей шлюхой.

Майлз притворился удивленным. Он видел, как она раскраснелась, видел, с каким трудом она дышала; он едва мог противостоять искушению схватить эту женщину и потащить в постель прямо сейчас, немедленно, но более он не испытывал к ней нежности: теперь он точно знал, что она всего лишь дразнила его своим телом, надеясь заполучить желаемое, соблазняя его.

— Насколько мне известно, мисс Уайком, — протянул Майлз, меряя ее взглядом, — честь сделать из вас шлюху принадлежит не мне, ведь задолго до нашей с вами встречи достаточно мужчин успели попользоваться вашими прелестями.

Алекс не знала, что делать и что говорить. Она лишь во все глаза смотрела на человека, так жестоко оскорбившего ее. Небрежно погладив Алекс по щеке, Майлз добавил:

— Однако в качестве шлюхи или в качестве пленницы, как вам будет угодно, вы будете сопровождать меня в Америку.

Больше не сказав ни слова, Кросс развернулся и ушел, оставив Алекс наедине со своим позором. Оглушенная, Алекс тупо смотрела на дверь, слушая, как снаружи поворачивается в замке ключ. Итак, она в плену на этом корабле, и теперь ей никуда не деться — придется плыть в Америку.

Всю ночь Александра проворочалась в постели, и едва первый луч солнца пробился сквозь крохотное окошко в каюте Джудсона, превращенной Кроссом в тюрьму, она, откинув одеяло, села в кровати. Измученная, она думала только об одном: сколько ей осталось жить? Позор прошлого дня не давал покоя.

Вдруг до ее истерзанного сознания долетел чей-то визг. Александра узнала голос доктора Копели.

— Где эта сволочь? Я хочу знать, что все это значит!

Он явно находился в соседней, капитанской каюте, и, очевидно, его тоже не собирались отпускать. Это открытие не способствовало поднятию настроения. Два месяца на борту корабля вместе с Майлзом Кроссом, да еще и в обществе Иезекииля. Да, пожалуй, ее жизнь превратится в ад!

Алекс вздрогнула, услышав, как в замке поворачивается ключ.

На пороге появился капитан.

— Я шел по коридору и решил навестить вас, — вместо приветствия сообщил Майлз.