Ее выразительное лицо отражало попеременно ужас, сочувствие, ненависть, горечь, все то, что в свое время пережила Кэтлин. Майлз любовался лицом любимой, красивым даже со следами грязи и слез. Она представлялась ему ангелом с золотым нимбом вокруг головы. Когда Алекс закончила чтение, Майлз протянул ей платок.

Алекс перевела дыхание, перед тем как сказать ему тихо:

— Я никогда не читала ничего более пугающего и более прекрасного. Твоя мама — замечательная женщина. Каждое ее слово дышит любовью.

— Я знаю, — согласился Майлз. — Но мой отец не хотел, чтобы я читал это письмо, опасаясь, что я буду думать о маме по-другому.

— И он оказался прав?

— Нет. Наоборот, я люблю ее еще больше.

— Но при чем тут я, Майлз? Конечно же, Мэдди не хотела…

— Мэдди действовала инстинктивно и оказалась права. Алекс, я прошу тебя выйти за меня замуж. Сейчас. Сегодня. Я нашел особенную, чудесную женщину и хочу соединить с нею свою жизнь.

— Я не понимаю тебя, Майлз.

Он взял ее за руку и усадил рядом с собой на кровать.

— Хочешь, я расскажу тебе, что я понял, Алекс? Эти несколько дней самокопания привели меня к тому, что я увидел себя таким, как есть: надменным, задиристым и чрезмерно самонадеянным юнцом. Таким я был, когда плыл с Андре на «Жаворонке», когда Диего напал на нас и убил моего крестного. Но я был бессилен спасти дорогого мне человека, и Диего тогда впервые дал мне почувствовать мою слабость. Он хлестнул меня плетью и посадил на цепь, как собаку. Он сразил меня — он победил меня! Да, я спасся, но это было чудо, подарок судьбы. Годами я лелеял мысль о возмездии, но к тому времени, как возможность отомстить представилась, я уже знал, что боюсь этого человека. И смерти я боялся не так, как вновь оказаться побежденным, почувствовать себя ничтожеством под пятой у Диего Родеры. И когда Диего отнял тебя у меня, он осуществил то, чего я втайне боялся все эти годы. Использовав тебя, он унизил меня, лишил меня мужества, показал, что я ниже его, слабее, чем он. Да, я выиграл бой на Тенерифе. Я отнял у него жизнь, но он продолжал жить во мне, напоминая всякий раз, когда я смотрел на тебя, о том, что на самом-то деле победил он. Я позволил его призраку насмехаться над собой и чуть не потерял тебя из-за этого. И вдруг это письмо. Любовь, которой оно пропитано, дала мне силы сделать то, чего я так долго боялся.

— Что сделать? — прошептала Алекс сквозь слезы.

— Посмотреть в лицо дьяволу. Тому, кто жил у меня в голове, — призраку Диего Родеры. Я знал все это время, что не смогу покинуть Кингстон без тебя, и оказался прав. Прошлой ночью, как раз перед тем как мне сообщили о прибытии флотилии адмирала Гранта, я приказал подготовить корабль к отплытию. Ремонт уже был проведен, и пора было уходить в море. Только тогда я все решил.