— А еще что?! — заревел он. О, от нее нельзя отвести глаз! Она самая красивая женщина из всех, которых он видел в жизни! Это золото, слоновая кость и аквамарины… Он никогда не желал женщины столь страстно, как желает эту! Да, бесспорно, терпение не относится к его природным добродетелям, но он выдержит эти проклятые три дня: он хочет испытать все, на что она способна. Потом он возьмет свое… Об эротических талантах Рабынь Страсти ходили легенды — и вот одна из них в его руках! Он с трудом сдерживался…

— Моя служанка, гадкая девчонка, сбежала, когда твои люди похищали меня из сада князя.

Мне нужен кто-нибудь для услуг, — сказала Зейнаб."

"— Я пришлю тебе женщину… — быстро ответил он, желая доставить ей удовольствие.

— Нет! Нет, нет и еще раз нет! — вновь возмутилась Зейнаб. — Что знают эти тупые крестьянки о том, как надлежит прислуживать женщине моего ранга? Нет, пришли Инигу. Эта по крайней мере сообразительна и поймет мои приказания. А для твоих воинов ты подыщешь другую утеху. — Тут Зейнаб хихикнула:

— Ну не уморительно ли, Али Хассан? Родная сестра князя Малики будет прислуживать Рабыне Страсти — той самой, которую он обучал когда-то!

Он хмыкнул:

— Ты умная шлю… Ну-ну, хорошо, моя красавица! Я отдаю тебе Инигу для услуг.

Она вознаградила его обворожительной улыбкой:

— А где мои покои, Али Хассан? Мне нужна ванна, пища, а потом я должна поспать.

— Ты останешься здесь, со мною! — медленно выговорил он.

— Нет! Нет, нет и нет, Али Хассан! — воспротивилась Зейнаб, но голосок ее звучал уже нежнее. — У Рабыни Страсти непременно должны быть отдельные покои! Мои приготовления не займут много времени, но никто не должен меня видеть.

Я должна быть надежно укрыта от посторонних глаз — и даже от твоих, Али Хассан. Зато потом, когда меня будут провожать в твой шатер, чтобы я подарила тебе блаженство, или ты станешь навещать меня — все в лагере просто лопаться будут от зависти, сам ты — от гордости.., а член твой — от желания. — Она нежным взором глядела в его черные глаза, из последних сил сдерживаясь, чтобы не захихикать. Да этот дикарь сейчас, на этом самом месте, и впрямь лопнет от желания овладеть ею! Она начала свою рискованную игру с целью удержать его от немедленных на нее посягательств, но не знала, как он отреагирует. Ее изумило, насколько легко оказалось обвести вокруг пальца этого злодея! До сего момента, пожалуй, она не до конца понимала, как много значит слава Рабыни Страсти!

— У тебя будет свой шатер, — сказал он. — Прикажу поставить его рядом с моим. Сейчас тебе принесут поесть, а когда ты закончишь трапезу, все уже будет готово. Но помни: три дня — не больше!

— Три дня, Али Хассан, — и ты окажешься в раю. Это я тебе обещаю, — сладким голоском проворковала Зейнаб.