– Я настолько ценный экземпляр, что вы решили лично за мной присмотреть? – язвительно поинтересовалась я.

Вампир встретил мои колкости спокойно. Он скрестил руки и оперся о трость. В нем было столько величия и самоуверенности, что мне немедленно захотелось отвернуться от него к окну. Собственно, я так и сделала, даже не надеясь на ответ с его стороны. Автомобиль тронулся, и мы выехали с территории, где я пребывала в роли пленницы.

– Ты уникальна, Лиза, – вдруг сказал Борис.

Я даже обернулась – настолько была удивлена. Нет, не то чтобы я не знала об этом (Лео мне все уши прожужжал о моей особенности), но из уст этого дьявола с тростью фраза прозвучала очень значительно.

– Мы ждали твоего появления слишком долго, чтобы так просто сдаться.

Я с интересом слушала откровения Бориса, надеясь, что пойму смысл всего того, что все они так страстно желают заполучить.

– Раз в пятьсот лет появляется Избранная, способная провести Проводника в мир за гранью…

– Знаю. Проходила уже, – нагло перебила я его. – Лео говорил это прямо слово в слово.

– О, Леонард, – как-то брезгливо произнес его имя Борис, загадочно улыбаясь при этом.

Ох не понравилась мне эта улыбочка. Словно он знал, что произошло между нами.

– И что Леонард? – не удержалась я.

– Аскольд поручил ему найти тебя. И мальчик приложил достаточно усилий к этому. Но я был поражен, узнав, как легко ты ему досталась.

В интонации вампира звучала досада. Это меня порадовало.

– Я потратил гораздо больше сил и времени, чтобы отыскать тебя, но он обскакал меня. Если бы не слепая влюбленность моей дочери, я бы уже давно устранил его, как в свое время поступили малкавиане с его братцем. Но Инга заупрямилась. Пришлось пойти ей навстречу.

Мое сердце сжалось от мысли, что Борис мог уничтожить Лео. И не из сочувствия к Аскольду меня обуревали такие чувства. Самой себе я давно призналась, что люблю вампира. Разве сердцу можно приказать? Недостаточно знать, что твой любимый – наглый лжец и просто подлец. Знание не уменьшило силу моих чувств. И пусть он воспользовался мною (даже наверняка в его планы входило влюбить меня в себя), я не могла вычеркнуть его из памяти и вырвать из сердца.

«Тьфу! Что за розовая чушь лезет мне в голову? Еще начну дифирамбы ему петь», – разозлилась я на себя.

От досады я закусила губу. Боль на время отрезвила меня. Мысли о Лео я запрятала в самый дальний уголок своего сознания. Не время. Не сейчас. Если я останусь жить, у меня будет возможность все обдумать, вспомнить, пострадать. А теперь я не намеревалась демонстрировать наглым и беспринципным вампирам свою слабость.

«Не на ту напали!»"

"– У вас все так просто, – собравшись с мыслями, вернулась я к разговору. – И вы даже пожертвовали союзом с Вентру.

– Ха, Вентру, – хмыкнул он.