Ты весьма импонируешь мне в роли возможного зятя; о лучшем муже для Миланы я и мечтать не мог, но договор с лоретом…

– Ну так выдайте свою дочь за этого косоглазого и сделайте ее навеки несчастной! – жестко ответил старику Решетов. – Я знаю, что вы хотите сделать это ради поддержки Байтраны. Так вот что я вам скажу: Милана не разменная монета, чтобы торговать ее жизнью ради этой весьма сомнительной поддержки. Я наводил справки об этом государстве и из того, что мне удалось узнать, уяснил, что это весьма ненадежный народ и рассчитывать на его помощь в борьбе с противником, втрое превосходящим его силами, по меньшей мере неразумно.

К тому же, если пока что вы считаетесь опальным дворянином, то после этой свадьбы вас запишут в перебежчики.

Перебинтованный человек долго раздумывал над словами Сергея и наконец спросил:

– Ну и какой же выход, кроме вашей с Миланой свадьбы, можешь предложить мне ты?

– Я поеду в Тиран и убью Сетуса – на этом все ваши неприятности закончатся, – спокойно ответил Сергей.

– Да понимаешь ли ты, о чем говоришь, безумец?! – вскипел Витаро. – Поехать в незнакомый город и попытаться убить особу лоретовской крови, денно и нощно находящуюся под охраной? Это самоубийство!

Сергей мог бы ответить, что именно этим он и занимался большую часть своей жизни, но лишь тихо сказал:

– Ради Миланы я готов пойти на это.

Только прошу вас не сообщать ей о том, что я намерен сделать, – для нее я просто направляюсь в Тиран с дружеским визитом к верховным алкадам Зетро.

– А ты, смотрю я, уже все продумал? – ехидно спросил Витаро.

– Не все, но если договорюсь с вами – включу воображение на полную! – подмигнул Решетов старику.

– Ты все сказал? – нетерпеливо спросил Витаро. Сергей кивнул. – Тогда дай подумать и мне. В течение дня я сообщу тебе о своем решении. Ступай, гетаро!

– Есть, Легата! – иронично ответил Решет и, щелкнув каблуками, развернулся и строевым шагом покинул комнату.

– Шут! – донеслось ему вслед.

Седой прихватил с собой бутыль легкого вина и устроился в беседке, увитой листьями ползучего растения, из которой были видны двери хозяина замка. Изредка припадая к горлышку, в течение последующего часа он наблюдал за действиями, разворачивающимися перед ним.

"

"Через некоторое время из дверей вылетел, словно ошпаренный, Томасо и ринулся в направлении комнат Миланы. Спустя пару минут она, в смятении, проследовала в покои отца и надолго задержалась там. Сергей начал уж было волноваться, но внезапно двери распахнулись, и из покоев Легаты решительным шагом вышла Милана. Щеки ее горели, прическа чуть сбилась, но Седой заметил, что она прячет торжествующую улыбку. Так, отлично. Решетов довольно потер ладони.