– У тебя еще увольнялка не выросла, чтобы такие решения принимать. Понял?

– Господин Алексеев! – холодно ответил Козодоев. – Покиньте совещание или я вынужден буду вызвать сюда охрану здания и милицию. Надеюсь, у вас нет желания провести сегодняшний вечер в изоляторе временного содержания. Теперь скажу для всех!

Начальники служб как по команде встрепенулись, оторвались от ежедневников и с тревогой посмотрели на Сергея.

– Для всех! – повторил Козодоев. – Во вторник я был арестован по надуманному обвинению, но следственные органы во всем разобрались, и мое присутствие перед вами тому лучшее подтверждение.

Господин Алексеев, вы еще здесь? Не испытывайте мое терпение, покиньте совещание.

Растоптанный и поверженный начальник охраны вышел, бормоча под нос проклятия зарвавшемуся барчуку.

– Зря я этому ублюдку «Скорую» вызвал! – в сердцах бросил он в приемной. – Сдох бы он с перепоя, да я отца пожалел. И вот она, благодарность!

Закончив совещание, Сергей велел задержаться начальнику отдела кадров.

– С понедельника я вношу изменения в штатное расписание фирмы, – сказал он.

 – Мою прежнюю должность я упраздняю. Весь персонал, непосредственно обслуживавший меня, подлежит увольнению. Приказ об изменении в штатном расписании подготовить и издать сегодня же. Мой бывший кабинет передать в распоряжение производственно-технического отдела.

– Сергей Владимирович, я вас правильно понял? Вы увольняете всех своих секретарей, референтов, технических работников и водителя?

– Конечно. Зачем они, бездельники, нужны? Нас ждут трудные времена, так что мы просто обязаны оптимизировать расходы.

Оставшись один, Козодоев откинулся в кресле, устало прикрыл глаза, расслабился.

"

"«Представляю выражение лица у Марины, когда она узнает об увольнении, – с улыбкой подумал он. – Ничего не попишешь, девочка! У серьезного руководителя не может быть никаких шашней с подчиненными. Сменив кожу, змея о старой шкурке не сожалеет». – Козодоев открыл глаза, посмотрел в окно, увидел, как над бывшим обкомом партии всходило неяркое ноябрьское солнце, вставала заря новой жизни.

Узнав о решении директора, Федосеева проплакала весь день, вечером попросилась к нему на прием, но получила отказ.

Мол, директор занят. Если у вас есть вопросы к Сергею Владимировичу, то изложите их в письменном виде и оставьте в секретариате.

Навсегда покидая фирму, Марина рассказала всем, кому только могла, о позорной болезни Сергея, назвала его сифилитиком и ВИЧ-инфицированным мерзавцем, но ей никто не поверил. Мало ли что выдумает отвергнутая женщина!

В шесть часов вечера в кабинет к Козодоеву вошел мужчина невысокого роста в кожаной куртке.