Сейчас в одной крестьянской семье, грубо говоря, рождается восемь детей, и только трое из них становятся взрослыми. От этой причины в Российской империи погибает больше всего народу – не по-хозяйски, господа Романовы, ведь это ваши завтрашние солдаты, рабочие, землепашцы…

Опять Александр Михайлович переглянулся с Ольгой. Кажется, до них стало доходить, что за двадцать лет от детской смертности Россия теряет в полтора раза больше населения, чем имеет сейчас.

Выдержав паузу, я продолжил:

– А сейчас мы перейдем к главному, для чего все предыдущие этапы были лишь подготовкой, к Индустриализации.

На экране ноутбука пошли кадры Днепрогэса, Магнитки, Сталинградского тракторного, бесчисленного количества прочих индустриальных строек. И графики роста по годам выплавки чугуна, стали, меди, алюминия, производства паровозов, тракторов, автомобилей, самолетов, танков. Бегло пробежали фотографии эволюционных линеек самолетов: истребителей, штурмовиков, бомбардировщиков, танков."

"Великий князь Михаил, до этого крайне апатично наблюдавший за происходящим на экране, при виде танков вдруг встрепенулся и впился глазами в экран. Ну конечно, у каждого ребенка свои цацки… Кто знает – может, он прирожденный танковый генерал масштаба Катукова и Рыбалко? Когда на экране мелькнуло изображение тридцатьчетверки, он поднял руку:

– Михаил Васильевич, остановите, будьте любезны…

– Поздравляю вас, Ваше Императорское Высочество Михаил Александрович, с замечательным чутьем. Знакомьтесь! Это лучший средний танк второй мировой войны Т-34. Ни немецкие машины того же класса, ни американские и английские не могли конкурировать с ним на поле боя. Про японцев я вообще молчу, до таких машин им было как пешком до луны, ибо танк, в отличие от самолета, нельзя построить из бамбука и рисовой бумаги. Но давайте об этом чуть попозже, вы еще увидите их во всей своей ужасной красоте на полях сражений. А теперь позвольте поговорить о том, что и как получилось через два десятка лет после окончания первой мировой войны – сначала в Европе, а потом и на Тихом океане…

– Опять английские интриги? – спросила Великая Княгиня Ольга.

– В точку, Ваше Императорское Высочество, вы получаете большую золотую медаль за сообразительность. Куда же без дорогих лаймиз… Когда их истеблишмент увидел тот индустриальный бум, что творится в новой России, то понял, что вечер перестает быть томным. Опять над Индией нависала русская угроза, на этот раз окрашенная политикой в красный цвет. Но у Британии, привыкшей воевать чужими руками, просто не хватит солдат воевать с Россией на суше. И у джентльменов возникла блестящая (в кавычках) идея опять стравить Россию и Германию.