Но рано или поздно выбираться придётся, так что я всё же выползаю из-под одеяла, приложив нечеловеческие усилия. Принимаю душ, сползаю в кухню, впихиваю в себя завтрак, порадовавшись, что папа уже уехал в офис, и вызываю такси до университета.

Пары оказываются такими же скучными, как и погода. Даже моя подруга Оля сегодня не щебечет, как обычно, а уныло зевает.

– Когда мы переезжали на юг, я думала, что тут вечное лето, а не вот это вот всё, - бормочет она, когда мы после последнего занятия выходим на крыльцо университета.

– Тогда вам стоило ехать куда-то на острова, где вечное лето, - усмехаюсь я, но как-то автоматически, особого желания шутить нет, даже и болтать, собственно, тоже.

- А тут зимой даже снег бывает, прикинь?

– Ага, я прошлой зимой как-то утром встала и зависла. В универ ехать, а у меня из обуви самое тёплое - это кроссовки. А тут вот снега вот так, - она показывает ладонью у колена. - Ну может, чуть меньше. И начался квест “где срочно купить зимние сапоги”. А ещё оказалось, что у папы машина в январе месяце не “переобута”. Ой короче…

Посетовав на погоду, мы вызываем такси, доезжаем вместе до пересечения с Московской улицей, где и прощаемся.

Оля, раскрыв зонт, убегает к остановке, а я еду домой.

Из-за тяжёлого тёмного неба создаётся ощущение, что уже вот-вот стемнеет. Сумрачно и вязко. Я чувствую себя уставшей и снова мечтаю о том, как быстрее забраться под одеяло.

Перекусив, поднимаюсь к себе. В комнате прохладно, а всё потому, что окно распахнуто. Ветер треплет штору, создавая в полутьме картинку из какого-нибудь второсортного триллера.

Я прохожу и захлопываю окно, поправляю штору и вся обмираю, когда вдруг слышу за спиной негромкий голос:

– Твоему отцу следует уволить охрану.

Мне кажется, они просто просиживают штаны.

Резко оборачиваюсь, ощущая, как сердце пропускает удар. Поутихшие за пару дней эмоции остро простреливают внутри.

Сталкер сидит на моём письменном столе в дальнем углу комнаты. На нём тёмная одежда, нижнюю часть лица скрывает чёрная тканевая маска, а глаз не видно из-за тени капюшона.

– Что ты здесь делаешь? - спрашиваю, чтобы разбить тишину.

– А ты как думаешь? - усмехается парень, и я про себя отмечаю, что впервые слышу его смех. И он… приятный. Рокочущий какой-то, глубокий.

Я вдруг одёргиваю себя. Хватит стоять соляным столбом, Надина. Ты у себя дома, так веди себя как хозяйка.

– Покажи лицо, - говорю твёрдо, сложив руки на груди. - Какой смысл скрываться?

Смело делаю шаг ему навстречу, но понимаю, что поторопилась, когда он, оттолкнувшись, спрыгивает со стола. Едва сдерживаюсь, чтобы не оступиться и не шагнуть обратно.

– Я уже дал тебе имя, Надя, - медленно обходит меня, и я поворачиваюсь, не позволяя зайти со спины. - Пока достаточно.

Но Назар и не собирается подходить ко мне со спины.