Жизнь его этому крепко выучила.

Биометрию, конечно, спрятать почти невозможно, но, если не привлекать внимания соответствующих людей, то и проверять роговицу или отпечатки пальцев никто не будет.

Старик огляделся, потом прошёл в дальний угол зала и, демонстративно кряхтя, угнездился за столиком, стоявшим в стенной нише.

Подозвал официанта и заказал себе пинту тёмного портера и две порции копчёных колбасок.

До назначенной встречи оставалось ещё минут двадцать и это время Юрген решил провести с пользой. То есть слегка попить портера, к которому он был неравнодушен, ну, и заодно обдумать сложившееся положение. А оно было не простым.

Если честно, то это просто задница какая-то. Больше половины людей потеряно. Возможно Жоре удастся пробраться в схрон. Но вероятность этого была исчезающе мала.

По тому, как быстро и грамотно взяли сектантов, было ясно, что схрон найдут и выпотрошат.

А если и не найдут, то Жору примут, и тогда всё, что было нажито непосильным трудом всё равно будет потеряно. Общак достанется победителям, так как Жора запоёт, что тот соловей, как только ему причиндалы в тисочках зажмут.

Но конкретные результаты он узнает позже. Бакалавр должен будет доложить, чем там дело кончится. Ну, или Жора должен будет, если, конечно, жив останется, подойти в условленное заранее место.

Но чуйка говорила о том, что всё это пустые хлопоты. Может кто до матрёниной хазы, конечно и доберётся, но это, как и всё остальное, можно будет проверить только завтра.

А сейчас на первом месте в повестке дня Паук. Паук и его хотелки. Как всегда, он попробует руками Юргена загрести какие-нибудь особо жаркие угольки…

— Но и я тоже, хе-хе, не пальцем деланный, — подумал бандит, — так что посмотрим, посмотрим…

— Свободно? — прозвучал из-за спины грубый низкий голос.

Юрген молниеносно развернулся на стуле, и оказался лицом к лицу со здоровенным дайну.

— Занято, — окрысился Юрген.

Ещё чего не хватало. Эти дайну в конец обнаглели. Мало того, что беззастенчиво проворачивают свои финансовые махинации на просторах Империи, лишая хлеба насущного местных аферистов. Так они ещё и ведут себя с каждым днём всё наглее. Скоро вообще на голову сядут.

Дайну, стоящий перед столиком потянул длинный палец к своему воротнику и нажал там какой-то сенсор:"

"— Ох, и грозен ты, старина Юрген, — сказал дайну голосом Овечкина, — может, всё-таки сменишь гнев на милость, и позволишь старому знакомому составить тебе компанию, а то копчёные колбаски-то сами себя не съедят, а ты, я смотрю, не справляешься… — говорящий гнусно ухмыльнулся и плюхнулся на стул.

— Хрен тебе, а не колбаски, — Юргену, конечно, было не жаль закуски, но он таким образом, как бы, отомстил за только-что пережитый дискомфорт, — заказывай себе сам, нечего тут на хвоста мне падать.