Он ожидал, что после такого взрыва тут никого живого не останется, но, как говорится у них, у демократов: «Сэпра-а-айз!»

И пока он переваривал факт того, что его граната мне оказалась нипочём, я швырнул в него свой сюрикен.

Увидев, что мой метательный снаряд, соприкоснувшись с плёнкой его защитного поля, с печальным звяканьем упал на металлический пол, этот мерзавец нечестиво возрадовался.

Он полностью вывалился из-за угла, и его лоснящаяся морда расплылась в гнусной ухмылке.

Он начал наводить на меня дуло какого-то, поистине монструозного, орудия, рассчитывая, вероятно, с его помощью меня полностью аннигилировать.

Что это такое было, я без понятия, но выглядело оно весьма устрашающе.

Тем временем, мои наниты весёлой серебристой змейкой под шумок доползли до его подошвы и слились с ней.

Это послужило для меня поводом улыбнуться в ответ на его глумливую гримасу.

Демократу моя мягкая и дружелюбная улыбка почему-то не понравилась.

Он, паскуда, вместо того, чтобы, продолжая улыбаться, вежливо поприветствовать меня словами: «Хау дуюду», как это у них принято, нахмурился и нажал на спуск своего карамультука.

По плёнке моего поля растёкся солидный энергетический импульс. Мой оппонент ожидал несколько другого результата, так как физиономия его начала вытягиваться и приобретать эдакое обиженное выражение.

Ну, раз в меня стреляют, то и я вправе ответить той же монетой. Тем более, что нанороботы уже наверняка убрали его защиту.

Мой выстрел попал ему в грудную пластину, и беднягу отбросило к противоположной стене.

А через секунду из-за моей спины вылетели два косматых плазменных шара и пламя плотно окутало незадачливого рейнджера.

Некоторое время его доспехи ещё сопротивлялись, но, поскольку мы с моими ребятами не переставали посылать в его корчащуюся под стеной фигуру всё новые и новые заряды, очень скоро ему настал тот самый карачун, о котором я и говорил ранее.

Тем временем за нашими спинами развернулось сражение, не менее драматичное.

Те два урода, что крались по параллельному коридору, получив, как я понимаю, сигнал от своего товарища, сильно возбудились.

Они внезапно перешли с шага на бег, и громко топая тяжёлыми бронированными башмаками, ввалились в просторный холл, где мы сначала предполагали их встречать.

Они там потоптались, жалом поводили, и уже было совсем изготовились нырять в тот самый проход, где мы в это время кончали одинокого гренадера.

Но тут им в спину прилетел пламенный привет от моей сестрёнки.

Их это, как вы понимаете, совсем даже не обрадовало.

Им пришлось, вместо того, чтобы осуществлять коварное нападение на меня и приданных мне гвардейцев, бороться за сохранение своих собственных тушек.

Сразу следом за Лизой в бой вступила Алевтина, ударив по негодяям цепной молнией.