Хотя, уже сейчас, наверное, можно начинать готовиться к различным неприятностям.

В качестве последней попытки обнаружить этого беглеца мы, погрузившись в катер, попытались найти его, облетая местность по расширяющейся спирали. Но тщетно.

Если этот чёрт смог пройти по раскалённому стеклу, то обмануть наши средства наблюдения и обнаружения он и подавно смог.

Так что, надо было возвращаться домой, и расспрашивать Зару. Может быть она немного прояснит создавшуюся ситуацию, и мы поймём, где рыть, чтобы обезвредить этого опасного беглеца.

А судя по тому, что жрец выжил в таком катаклизме, он весьма силён, и может доставить людям, живущим на этой планете массу неприятностей…

Так что, когда катер таки доставил нас домой, мы с Семёном, поинтересовались, как, вообще, обстоят дела, и не произошло ли за время нашего отсутствия ещё каких неприятностей.

Полученный от дежурного офицера ответ нас успокоил, и мы, отправились в столовую, что бы и перекусить, и, заодно, вызвать туда Зару для беседы о козлобородых жрецах, стазис-капсулах и прочей чертовщине.

— Зара, а закусить не желаешь? — поинтересовался Семён.

Я сохранял молчание, поскольку, находясь в столовой, лучше жевать, чем говорить."

"Особенно, если перед тобой стоит огромная, больше похожая на тазик, тарелка, в которой, в аппетитной подливе плавает тушёная поросятина. И никакой гарнир не отвлекает внимание. Только я, и мясо. Настоящая идиллия.

В общем, я уступил право задавать вопросы Семёну, который показал себя не особенно голодным. Зара тоже, как оказалось, от голода не страдала:

— Спасибо, я сыта, — бархатным голоском ответила она на семёново предложение.

— Ты, кстати, случайно не знакома с этим чёртом? — Семён жестом фокусника извлёк из одного из своих многочисленных карманов фотку этого самого жреца, сделанную из кадров, снятых с помощью экшн-камеры.

Зара приняла из его рук этот кусочек тонкого пластика и, бросив на него один-единственный взгляд, уверенно ответила:

— Ещё бы, — её привлекательную мордаху на миг исказила брезгливая мина, — мне, да не знать этого козла… Зовут его С’ами-Аза. Козёл, каких поискать.

— В смысле козёл? — Семён поднял взгляд на Зару, — я заметил, что внешность у него козлообразная, но…

— Никаких но! — возразила Зара, — он не только по внешности козла напоминает.

Он козёл по внутренней своей сути, как впрочем, и многие у нас, которые притворяются, то свиньями, то кроликами, а на проверку оказываются козлами.

— Ага, — вздохнул Семён, горько улыбаясь, — как это знакомо… Все мужики — козлы…

— Точно-точно, — радостно зааплодировала Зара, но потом продолжила уже серьёзно:

— С’ами-Аза, хоть и козёл, но очень силён.