— И что же вызовет эти гигантские разрушения?

— Гммм, сейчас я постараюсь тебе всё объяснить, — похоже, что в двух словах у Зары не получится всё мне обрисовать, но, ладно, я готов послушать и довольно длинный рассказ, главное, что бы польза была от всего этого… — сейчас младшие жрецы…

— Это которые в красных комбезах? — задал я уточняющий вопрос.

— Да, это они, — отозвалась краснокожая — так вот, когда они выложат септаграмму вызова, начнётся энергетическая накачка всей этой конструкции.

— Как, без жертвоприношений? — удивился я.

В моём понимании обращение к могущественной потусторонней сущности без кровавых жертв, ну, никак обойтись не может. Или это я так шаблонно мыслить стал?

— Жертвоприношение в программе, безусловно, присутствует. Без него, как ты правильно заметил, никак нельзя, — мне показалось, что Зара там даже кровожадно ухмыльнулась, — но оно будет завершающим штрихом, не более, — и она взялась подробно рассказывать о мистических практиках, которыми баловались в их мирах.

Дело в том, что раньше, действительно, рассчитывать на положительный результат при воззвании к Великому Хаосу можно было только в случае совершения масштабных гекатомб.

Жрецы, умерщвляя самыми болезненными способами сотни разумных, наполняли контуры этой септаграммы энергией, выделяющейся в моменты когда смерть настигала несчастных, приносимых в жертву.

Но, с течением времени и в результате развития техно-магического прогресса массовым жертвоприношениям была подобрана адекватная замена.

Нет, не потому, что восторжествовали гуманистические принципы, совсем нет. Просто новые способы были удобнее и относительно дешевле.

Возможность аккумулировать посредством кристаллов, а затем и преобразовывать собираемую магическую энергию, заметно изменила ритуал.

Теперь магическая энергия, соответствующим образом трансформированная, направлялась непосредственно в металлические элементы конструкции, выполнявшие роль накопителей.

Когда накопители наполнялись до предела, производился сам ритуал, когда единственную жертву приковывали к жертвенному камню, и около получаса жестоко истязали её.

Эманации страданий были необходимы, чтобы её душа пришлась по вкусу тому, что призывалось в мир из иных измерений. Это было чем-то вроде острой, возбуждающей аппетит, приправы.

А финальное убийство самой жертвы служило своеобразным триггером, срабатывание которого и направляло всю накопленную в септаграмме энергию в то измерение, откуда к жрецам и приходили аватары Великого Хаоса.

Если бы явилась сама сущность, то энергетические возмущения, сопровождающие её пришествие, вызвали бы невообразимые разрушения.