Однако неуязвимые для ружейного огня повозки и укрывшиеся за ними моголы не приблизились и на триста шагов, как из центрального круга русских позиций послышались негромкие хлопки. Почти сразу после этого среди атакующих войск стали раздаваться взрывы, выкашивающие десятки воинов осколками. Несмотря на это, моголы продолжали атаковать, укрывшись за повозками, только ускорили движение, чтобы быстрее добраться до русов.

Железные повозки русов пришли в движение, освобождая проход из центрального круга укреплений в сторону атакующих войск. Не успели моголы продвинуться на сотню шагов, выбиваемые падающей с неба смертью, в образовавшиеся ворота русы выкатили два десятка орудий.

Спустя считаные мгновения русские пушки выстрелили в сторону всех трех наступающих колонн, буквально в упор, с расстояния от трехсот до тысячи шагов. Сильнейшие взрывы фугасных снарядов раскидали большую часть укрывавших моголов повозок, все прикрытие атакующих воинов оказалось раскиданным и разорванным на куски вместе с самими повозками. Более того, сильные взрывы выкосили десятки передовых бойцов, образовали на местах пропавших повозок огромные воронки. Хотя, несмотря на страшные взрывы, самые опытные дружинники войска моголов устремились вперед, рассчитывая достичь русов до того, как те зарядят свои пушки заново. И, будь на месте русов другой противник, могольские воины успели бы вступить в рукопашную схватку с ним, что было бы настоящей победой. Еще бы, при двадцатикратном численном перевесе иного результата от подобной атаки никто не ждал. А зря! Пушки русов оказались не менее скорострельными, чем их ружья, они выпустили следующие заряды, когда атакующие моголы не успели пробежать три десятка шагов. "

"На сей раз пушки выстрелили картечью, пробивавшей огромные бреши в атакующих колоннах, но выжившие воины моголов продолжали двигаться вперед. Все понимали, что остаться живыми можно, лишь ворвавшись в укрепления русов, задавить их своими телами, заколоть копьями, изрубить мечами. Тысячи воинов бежали вперед изо всех сил, в надежде преодолеть смертельный участок в триста шагов, отделявший моголов от русов или смерть от жизни.

Видимо, вражеский порыв почувствовали даже сами русы, открывшие беглый огонь из своих железных повозок. Узкие щели в стенках повозок окрасились огоньками выстрелов, ясно различимых даже при ярком свете полуденного солнца. На поле боя наступило страшное равновесие между жизнью и смертью. Едва выстрелы русов успевали повалить впереди бегущих врагов на землю, как на их место набегали новые атакующие цепи, чтобы успеть продвинуться вперед на десяток шагов перед тем, как погибнуть.