Но душевного контакта у двух иерархов не сложилось, хотя в работе они понимали друг друга вполне.

– Я буду краток, ваше святейшество. – После приветствия генерал ордена сразу перешел к делу. – О захвате Святой земли вы уже знаете. Нет-нет, мы в дела престола вмешиваться не будем. По нашим сведениям, следующими владениями русов станут Ливия, Тунис и Алжир. И малочисленное население этих пустынь и оазисов вскоре станет православными христианами. Как работают русские миссионеры, мы убедились на опыте бывшей Англии и германских княжеств. Нужно ли Святому престолу православное население на южном берегу Средиземного моря? В сотне лье от Рима? Сколько лет назад русы эти из лесов вышли? Двадцать пять, если не меньше. А протестантов в Европе, с которыми Святой престол два века воевал, русы за двадцать лет извели почти начисто. Говорят, уже половина датских купцов в православие перешли, чтобы не разориться окончательно.

– Воевать с Турцией? – удивился папа, попытался привстать, да сразу охнул от боли и осел на подушки. – Ради нищих кочевников развязать войну с сильнейшим государством Европы? У нас денег не хватит, чтобы такую армию нанять.

– Зачем воевать? Нужно воспользоваться трудностями Оттоманской империи и выступить в роли посредника между султаном и наместником Новороссии. У турок за это попросить право миссионерской деятельности на севере Африки.

– А у Новороссии что попросить? – ухмыльнулся непослушными губами больной. – Захотят ли они принять наше посредничество?

– Так заинтересуйте, чем – не знаю. Говорят, наместник Петр очень любит старинные рукописи. Предложите ему допуск в библиотеку Ватикана, может, согласится. Или придумайте что-нибудь другое. – Инквизитор встал, прощаясь. – Как выразился помощник наместника Новороссии Николай Кожин, от Северной Африки до Рима гораздо ближе, нежели от Петербурга. Так что решайтесь, ваше святейшество.

Посещение инквизитора совершенно выбило Климента Восьмого из колеи: подобные сведения разрушали привычную канву событий. Римский престол привык, что православные христианские иерархи веками лишь отступали на восток и север, оставляя своих бывших прихожан католикам и мусульманам. Так, после развала Византийской империи, павшей под ударами крестоносцев, собранных Святым престолом на очередной крестовый поход, православные христиане Ближнего Востока и Северной Африки за считаные десятилетия стали мусульманами. Европейских христиан – поляков, чехов и прочих венгров – быстро прибрала к своим рукам католическая церковь. Жаль, греков с болгарами не успели, те быстро под турецкой властью оказались. Но Рим не терял уверенности, что вскоре вытеснит православие из Европы до самой Московии.