За полгода казаки заложили в устье Амура острог и взяли под свою руку три десятка селений дауров и айнов, на добрую сотню верст округ. Поначалу казакам местные жители верили слабо: несмотря на грозный вид бородатых пришельцев, их было мало. Но когда казаки без потерь отбили нападение японских пиратов, уничтожив больше сотни и пленив вдвое больше морских разбойников, считавших морское побережье материка своими владениями, отношение к русским казакам начало меняться. Выгнанные с позором сборщики дани из Маньчжурии, зимой обиравшие селения нивхов, дауров, айнов и прочих народов Приамурья, произвели достойное впечатление. Разбросанные вдоль рек селения сами стали проситься под руку грозных пришельцев «люча», как называли казаков в Сибири местные племена. С практичной сметкой аборигены старались закрепить свой вассалитет брачными узами, благо больше сотни казаков были холостяками. Так что в остроге жили больше двадцати молодушек из разных селений, азартно перенимая образ жизни русских казаков.

Иван Кольцо посмотрел на хитрую физиономию айна, уверенного, что люча не откажут «богатым дарам», уныло махнул рукой в знак согласия и отправился на берег океана. Не так представлял себе авантюрист, прошедший десятки тысяч верст от родного Дона до Тихого океана, покорение новых земель. Не так. Столько верст необъятной тайги, такие лесные, речные, земельные богатства, которые не приносят людям никакого счастья. Всюду беднота, которую обирают власти, сами недалеко ушедшие от своих подданных. Грязь, вонь, лень и жадность. Те же сибирские племена живут в своих стойбищах, пока не завалят объедками, рыбьими костями и собственным дерьмом все окрестности. Потом просто снимаются с места и переходят на другое, еще чистое место, чтобы снова начать гадить под себя. Нет чтобы выкопать ямы для отхожих мест, навести чистоту, обглоданные кости не выкидывать, а перетирать на костную муку. Жить в чистоте и удобстве, как магаданцы живут.

Одна надежда у атамана на корабли из Петербурга, что должны сегодня подойти к острогу. Радист баял, что им немного осталось, и найдут они острог по радиолучу. Почему-то атаман верил, что унылое привычное житье с приходом кораблей из Новороссии изменится навсегда. Иван Кольцо четыре года назад поверил магаданскому наместнику Петру и отправился открывать для Московской Руси берег Дальний, о чем сейчас не жалел. Позади столько пройдено, огромные земли взяты под руку Москвы, владения православного царя Ивана Ивановича трудами Ермака и Ивана Кольцо в десять раз выросли против того, что имел его отец, молодой Иоанн Васильевич под своей властью.